"Это будто какая-то судьба, разсуждалъ самъ съ собою Венъ, идя домой по пустыннымъ улицамъ.-- Я бился чтобы выкинуть изъ головы это преслѣдовавшее меня лицо. Почти позабылъ его, и теперь..." Шепотъ его умолкъ. Онъ принялся обдумывать очень трудный вопросъ, слѣдуетъ ему или нѣтъ написать отказы на оба принятыя приглашенія.
"Фу! сказалъ онъ наконецъ дойдя до дверей своей квартиры,-- развѣ мой разумъ такъ слабъ что на него можетъ вліять чистый предразсудокъ? Конечно я слишкомъ хорошо знаю себя и слишкомъ долго испытывалъ чтобъ не бояться что могу измѣнить своему долгу и цѣлямъ жизни еслибъ даже сердцу моему и была опасность пострадать."
Несомнѣнно можетъ казаться что судьба насмѣхается надъ нашими рѣшеніями беречь наши ноги отъ ея западней и сердца отъ ея силковъ.
Какъ можетъ украсить нашу жизнь то что кажется намъ ничтожнымъ приключеніемъ, пустымъ случаемъ! Предположите что Аленъ Рошбріанъ былъ бы приглашенъ на этотъ вечеръ къ Лувье, а Грагамъ Венъ принялъ бы другое приглашеніе и провелъ вечеръ въ другомъ мѣстѣ. Аленъ могъ быть представленъ Исаврѣ; что могло бы случиться тогда? Впечатлѣніе произведенное до сихъ поръ Исаврой на молодаго Француза не было такъ сильно какъ то какое она произвела на Грагама; но рѣшеніе Алена избѣгать ее началось лишь въ этотъ день и не было еще твердо. И еслибъ онъ былъ первымъ умнымъ молодымъ человѣкомъ который заговорилъ серіозно съ этою умною молодою дѣвушкой, кто можетъ отгадать какое впечатлѣніе онъ могъ произвести на нее? Его разговоръ могъ заключать въ себѣ меньше философіи и твердаго ума, но больше поэтическаго чувства и увлекательной романтичности.
Впрочемъ исторія событій которыя не имѣютъ совершиться не входитъ въ хронику судебъ.
КНИГА ТРЕТЬЯ
ГЛАВА I.
На слѣдующій день гости Морліевъ уже собрались когда вошелъ Венъ. Его извиненія въ неакуратности были прерваны веселою хозяйкой:
-- Вы получили прощеніе еще не прося о немъ; намъ извѣстно что характеристическая черта Англичанъ всегда нѣсколько опаздывать.
Затѣмъ она представила его американскому посланнику, знаменитому американскому поэту, лицо котораго обращало на себя вниманіе соединеніемъ кротости и силы, и еще одному или двумъ своимъ соотечественникамъ проживавшимъ въ Парижѣ; когда эта церемонія кончилась доложили что обѣдъ поданъ и она попросила Грагама подать руку Mlle Чигоньѣ.