Всѣ. Право, сэръ Джонъ, это ужъ слишкомъ! Приличія! штъ!...
Шарпъ. "И за исключеніемъ вышеупомянутыхъ завѣщаній, я даю и завѣщаю все мое богатство, въ оборотахъ въ Остъ-Индской-Компаніи, банковыми билетами;-- моему наслѣднику Альфреду Эвлину, бывшему въ коллегіи Троицы, въ Кембриджѣ... (Общее изумленіе) который, какъ говорили мнѣ, такой же оригиналъ какъ я, и одинъ изъ всѣхъ родственниковъ никогда не льстилъ мнѣ; онъ, узнавъ бѣдность, будетъ умѣть лучше пользоваться богатствомъ". И теперь, господинъ Альфредъ Эвлинъ, мнѣ остается поздравить васъ, и вручитъ вамъ это письмо покойнаго, которое кажется мнѣ очень важнымъ.
Эвлинъ (идя къ Кларѣ.) Ахъ, Клара, еслибъ вы меня любили!
Клара (отвращая глаза.) Богатство, болѣе нежели бѣдности, навсегда разлучаетъ насъ. (Всѣ окружаютъ Эвлина съ поздравленіями.)
Сэръ Джонъ (Джоржинѣ.) Ну, дочь моя, нужно умѣть изворачиваться... это прекрасная партія. (Эвлину) Поздравляю васъ, любезный другъ... вы теперь великій, очень великій человѣкъ!
Эвлинъ (въ сторону.) Одна она молчитъ.
Лордъ Глоссморъ. Если я могу быть вамъ въ чемъ нибудь полезнымъ...
Стотъ. Или я, сударь.
Блоунтъ. Или я. Не представить ли васъ въ клубъ?
Шарпъ. Вамъ нуженъ будетъ дѣловой человѣкъ... я всегда хлопоталъ для г. Мордоунта.