-- Я мало его знаю. Онъ служилъ въ арміи до смерти своего отца, и теперь только-что появился въ графствѣ. Однако же онъ успѣлъ уже составить себѣ репутацію большаго любителя прекраснаго пола, и для хорошенькой Джесси лучше что она выходитъ замужъ.
Затѣмъ Траверсъ погрузился въ задумчивое молчаніе изъ котораго Кенелму было трудно вывести его. Наконецъ онъ сказалъ любезно:
-- Дорогой мистеръ Траверсъ, не сочтите за излишнюю свободу съ моей стороны если я выскажу предположеніе что сегодня утромъ случилось что-нибудь что васъ безпокоитъ или сердитъ. Если это такъ, то часто можно найти облегченіе подѣлившись даже съ такимъ неискуснымъ совѣтникомъ и утѣшителемъ какъ я.
-- Вы славный человѣкъ, Чиллингли, и я не знаю никого, по крайней мѣрѣ въ здѣшнихъ мѣстахъ, кому бы я съ большею охотой довѣрился. Признаюсь, я не въ духѣ; безъ всякой причины разрушено мое завѣтное желаніе, и,-- прибавилъ онъ съ легкимъ смѣхомъ,-- мнѣ всегда бываетъ досадно если я не могу сдѣлать по-своему.
-- Мнѣ также.
-- Не находите ли вы что Георгъ Бельвойръ отличный молодой человѣкъ?
-- Разумѣется.
-- Я нахожу его прекраснымъ; онъ надежнѣе многихъ людей своихъ лѣтъ съ такимъ же состояніемъ, и у него нѣтъ недостатка ни въ умѣ, ни въ знаніи жизни. Ко всѣмъ преимуществамъ положенія и богатства онъ присоединяетъ любовь къ труду и къ отличію, что обѣщаетъ успѣхъ въ публичной жизни.
-- Совершенно вѣрно. Что жь, онъ устраняется отъ выборовъ?
-- Боже мой, нѣтъ!