Предъ дверью лавки стоялъ нарядный фаэтонъ съ кучеромъ въ нарядной ливреѣ.
-- Теперь, мистеръ Чиллингли, сказала мистрисъ Брефилдъ,-- пришла мнѣ очередь бѣжать съ вами. Садитесь!
-- Какъ, пробормоталъ Кенелмъ взглянувъ на нее большими удивленными глазами.-- Возможно ли?
-- Совершенно возможно; садитесь. Кучеръ, домой! Да, мистеръ Чиллингли, вы встрѣчаете опять негодное созданіе которое вы когда-то грозились побить; это было бы ему полезно. Я должна бы стыдиться напоминать вамъ о себѣ, а мнѣ ничего не стыдно. Я горжусь возможностью показать вамъ что я сдѣлалась степенною, респектабельною женщиной, и хорошею женой, какъ говоритъ мой мужъ.
-- Вы замужемъ только шесть мѣсяцевъ, какъ я слышалъ, сказалъ Кенелмъ сухо.-- Надѣюсь что вашъ мужъ скажетъ то же самое черезъ шесть лѣтъ.
-- Онъ скажетъ то же самое черезъ шестьдесятъ лѣтъ если мы проживемъ такъ долго.
-- Сколько лѣтъ вашему мужу?
-- Тридцать восемь.
-- Человѣкъ которому не достаетъ только двухъ лѣтъ до ста долженъ знать что для него хорошо и что дурно; но въ большинствѣ случаевъ у такого человѣка остается очень мало ума чтобы судить объ этомъ.
-- Не насмѣхайтесь, сэръ, и не говорите презрительно о бракѣ когда вы только-что оставили самую счастливую молодую чету, и притомъ -- мистрисъ Сомерсъ разказала мнѣ все о своемъ бракѣ -- обязанную своимъ счастіемъ вамъ.