-- Уыллъ, сказалъ Кенелмъ наклоняявъ свое смуглое лицо надъ колыбелью,-- я скажу вамъ прекрасную мысль одного иностраннаго поэта: {Шиллера.}
Счастливъ ребенокъ!-- и въ люлькѣ просторно ему; но дай время
Сдѣлаться мужемъ -- и тѣсенъ покажется міръ.
-- Я думаю что это несправедливо, сэръ, сказалъ Уыллъ простодушно.-- Счастливая семья есть міръ достаточно обширный для всякаго человѣка.
На глазахъ Джесси выступили слезы. Она наклонилась и поцѣловала -- не младенца, но колыбель.
-- Это созданіе Уылла, сказала она и прибавила краснѣя:-- я говорю о колыбели, сэръ.
Въ разговорѣ съ Уылломъ и его старою матерью (Джесси была скоро отозвана въ лавку) время летѣло такъ быстро что Кенелмъ не замѣтилъ какъ прошелъ получасовой срокъ и удивился когда Джесси, заглянувъ въ дверь, сказала:
-- Мистрисъ Брефильдъ ждетъ васъ.
-- Прощайте, Уыллъ. Я еще навѣщу васъ. Матушка поручила мнѣ пріобрѣсти поболѣе образцовъ вашего искусства.