Что касается сэръ-Питера, расположеніе съ какимъ онъ отнесся сначала къ Гордону ослабѣвало по мѣрѣ того какъ, помня намекъ сдѣланный однажды Миверсомъ, хотя и не повторенный, онъ подмѣчалъ усилія молодаго человѣка заслужить благоволеніе мистера Траверса и мистрисъ Кампіонъ и искусную, полускрытую любезность его обращенія съ наслѣдницей.
Можетъ-быть Гордонъ не рѣшался дѣйствовать въ этомъ направленіи слишкомъ усердно въ присутствіи Миверса, или можетъ-быть сэръ-Питеръ по родительской заботливости былъ въ этомъ случаѣ болѣе тонкимъ наблюдателемъ, чѣмъ человѣкъ свѣта, природная проницательность котораго въ дѣлахъ сердца не рѣдко затемнялась нажитою философіей индифферентизма.
Съ каждымъ днемъ, съ каждымъ часомъ пребыванія въ его домѣ, Сесилія становилась все милѣе и милѣе сэръ-Питеру и все болѣе и болѣе укрѣплялось его желаніе видѣть ее своею невѣсткой. Ему невыразимо льстило предпочтеніе которое она отдавала его обществу предъ обществомъ другихъ, всегда готовая сопутствовать ему въ его прогулкахъ и въ посѣщеніяхъ коттеджей крестьянъ и мелкихъ арендаторовъ, куда они заходили съ увѣренностію наслушаться разказовъ о дѣтскихъ подвигахъ мастера Кенелма, объ его умѣ, добротѣ и самоотверженномъ мужествѣ.
Среди этого кружка съ его разнообразными чувствами и помышленіями, леди Чиллингли сохраняла невозмутимое спокойствіе и сознаніе собственнаго достоинства. Добрая женщина и безукоризненная леди, сказалъ бы о ней всякій. Никто не могъ подмѣтить ни одного недостатка въ ея характерѣ, ни одной помятой складки въ ея одеждѣ. Она была только, какъ боги Эпикура, слишкомъ снисходительна чтобы смущать свое безмятежное существованіе треволненіями простыхъ смертныхъ. Но изъ этого не слѣдуетъ что она была не способна ощущать спокойное удовольствіе принимая данъ которую свѣтъ приносилъ на ея алтарь, или что она была настолько выше простыхъ смертныхъ что не могла имѣть домашнихъ привязанностей. Она любила мужа какъ многія пожилыя жены любятъ своихъ мужей, къ Кенелму же питала привязанность нѣсколько болѣе теплую и соединенную съ сожалѣніемъ. Его эксцентричности безпокоили бы ее еслибъ она позволяла себѣ безпокоиться; сожалѣть о нихъ было спокойнѣе. Она не раздѣляла видовъ своего мужа на Сесилію. Она полагала что Кенелмъ занялъ бы болѣе высокое положеніе въ графствѣ еслибы женился на леди Дженъ, дочери герцога Кланвилля, "что онъ и долженъ сдѣлать", говорила миледи. Она не раздѣляла и опасенія побудившаго сэръ-Питера взять съ сына обѣщаніе что онъ не сдѣлаетъ предложенія ни одной дѣвушкѣ не получивъ на то разрѣшенія отца. Что сынъ леди Чиллингли, при всѣхъ своихъ странностяхъ въ другихъ отношеніяхъ, способенъ сдѣлать mésalliance, это предположеніе, еслибъ она допустила его, могло смутить ее такъ сильно что она не допускала его.
Таково было положеніе дѣлъ въ Эксмондгамѣ когда длинное письмо Кенелма было получено сэръ-Питеромъ.
КНИГА ВОСЬМАЯ.
ГЛАВА I.
Никогда во всю свою жизнь сэръ-Питеръ не былъ такъ взволнованъ какъ во время чтенія безпорядочнаго посланія Кенелма. Онъ получилъ его за завтракомъ и поспѣшно открывъ, началъ бѣгло просматривать его содержаніе пока не дошелъ до выраженій которыя поразили его. Къ счастью для него, леди Чиллингли была занята чаемъ и не замѣтила его смущенія. Его видѣли только Гордонъ и Сесилія, но ни тотъ, ни другая не догадались отъ кого было письмо.
-- Надѣюсь вы не получили дурнаго извѣстія, спросила Сесилія тихо.
-- Дурнаго извѣстія, воскликнулъ сэръ-Питеръ.-- Нѣтъ, душа моя, нѣтъ, это дѣловое письмо и страшно длинное.-- И онъ опустилъ его въ карманъ прошептавъ:-- до болѣе удобнаго времени.