-- Да, и меня также, въ моихъ торговыхъ дѣлахъ,-- вставилъ Діомедъ.
-- При этомъ какъ благочестивы ея жрецы!-- продолжалъ Панза;-- совсѣмъ не то, что наши надменные служители Юпитера и Фортуны! Они ходятъ босые, не ѣдятъ мяса и большую часть ночи проводятъ въ молитвѣ.
-- Говорятъ, что египтянинъ Арбакъ сообщилъ жрецамъ Изиды необыкновенныя тайны.-- замѣтилъ Клодій.-- Онъ хвалится своимъ происхожденіемъ изъ царскаго рода и утверждаетъ, что владѣетъ неоцѣненными знаніями, сохранившимися отъ глубокой старины.
-- Не будь онъ такъ богатъ,-- сказалъ Панза,-- то я бы въ одинъ прекрасный день могъ сдѣлать обыскъ, чтобы узнать, что это за колдовство, которое ему приписываетъ молва. И онъ не остался-бы ни одного лишняго дня тогда въ Помпеѣ! Но богатый человѣкъ!.. Обязанность эдила охранять богачей. Да, а что думаете вы,-- продолжалъ онъ послѣ нѣкоторой паузы,-- объ новой сектѣ, которая здѣсь въ Помпеѣ недавно свила себѣ гнѣздо? Я разумѣю этихъ почитателей еврейскаго Бога, котораго они называютъ Христомъ.
-- Сумасшедшіе мечтатели, ничего болѣе,-- сказалъ Клодій.-- Между ними нѣтъ ни одного состоятельнаго человѣка, все темный, низкій народъ.
-- Но, однако, они отрицаютъ боговъ,-- воскликнулъ Панза съ нѣкоторымъ возбужденіемъ.-- Попадись мнѣ хоть одинъ изъ этихъ назарянъ, плохо ему придется!
-- А вашему льву хорошо-бы!-- сказалъ воинъ, громко смѣясь своей мнимой шуткѣ и насмѣшливо взглянувъ на Главка.
Второе кушанье было окончено, гости откинулись на подушки и нѣкоторое время молча прислушивались къ музыкѣ. Затѣмъ принесли разные фрукты, сладости и всевозможное печенье. Слуги, которые разливали до сихъ поръ гостямъ вино, теперь поставили на столъ бутылки, гдѣ на ярлыкахъ былъ обозначенъ сортъ вина. Саллюстій и Лепидъ играли въ четъ и нечетъ, а Клодій пытался заманить Главка игрой въ кости, но напрасно. Тогда онъ схватилъ хрустальный сосудъ, ручка котораго, украшенная драгоцѣнными камнями, имѣла излюбленную въ Помпеѣ форму переплетающихся змѣй, и воскликнулъ:
-- Какой прекрасный бокалъ!
Главкъ снялъ съ пальца дорогое брилліантовое кольцо, и повѣсивъ его на ручку сосуда, сказалъ: