Потомъ онъ повернулся лицомъ къ востоку и, казалось, погрузился въ молитву. Вотъ показались на верхней ступени жрецы, одинъ не только въ бѣлой одеждѣ, но съ такимъ-же бѣлымъ покрываломъ на головѣ, волнами падавшимъ внизъ; два другіе, тоже въ бѣлыхъ волнующихся одеждахъ смѣнили собою стоявшихъ ранѣе по обѣимъ сторонамъ лѣстницы. Четвертый, сѣвъ на нижней ступени, заигралъ на какомъ-то длинномъ духовомъ инструментѣ торжественную мелодію; на срединѣ лѣстницы сталъ пятый жрецъ съ жертвенной вѣтвью въ лѣвой и бѣлымъ жезломъ въ правой рукѣ. Въ довершеніе живописнаго вида этой восточной церемоніи, тутъ-же присутствовалъ и важный ибисъ, священная птица Изиды; онъ то посматривалъ на священнодѣйствіе сверху, то расхаживалъ мѣрными шагами внизу, вокругъ жертвенника. Возлѣ жертвенника стоялъ теперь верховный жрецъ съ своими помощниками и разсматривалъ внутренности жертвенныхъ животныхъ.
Арбакъ съ напряженнымъ вниманіемъ слѣдилъ за нимъ и лицо его быстро просвѣтлѣло, когда онъ увидѣлъ, что предзнаменованія объявлены были удовлетворительными и пламя, среди куреній ладана и мирры, начало пожирать приготовленную жертву. Мертвая тишина царила между присутствующими, пока жрецы собирались передъ статуей Изиды; одинъ изъ нихъ, полу-нагой, выбѣжалъ впередъ и какъ-бы въ припадкѣ помѣшательства началъ какой-то дикій танецъ, умоляя богиню дать имъ отвѣтъ. Изнемогая отъ усталости, онъ пересталъ наконецъ кривляться, и тогда въ головѣ статуи послышался какой-то шумъ. Три раза шевельнулась голова, ротъ открылся и глухой голосъ медленно и внятно произнесъ:
"Сурово и страшно сердитое море:
Вздымаются волны, клокочетъ вода,
Сулитъ оно многимъ заботы и горе,
Но скрыты сохранно отъ бури суда..."
Голосъ замеръ; толпа облегченно вздохнула; купцы переглянулись между собой.
-- Яснѣе ужь быть не можетъ,-- замѣтилъ тотъ, который раньше говорилъ съ Арбакомъ:-- будетъ на морѣ буря, какъ это часто бываетъ въ началѣ осени, но нашимъ судамъ она не причинитъ вреда.
-- О, милосердная Изида! Хвала богинѣ и нынѣ и во вѣки!-- воскликнули остальные.
Верховный жрецъ поднялъ руку, въ знакъ молчанія, совершилъ жертвенное возліяніе, прочелъ краткую, заключительную молитву и отпустилъ присутствующихъ.