-- Такъ и надо, Томъ, такъ и надо. Онъ будетъ лучше меня ѣздить, потому что никогда, кажется, не потолстѣетъ такъ какъ я. Осѣдлай же ему рыжую Бетти. Ну, а мнѣ бы на какой поѣхать? А! вотъ мой старый пріятель, Поппетъ!
-- Не знаю, что сдѣлалось съ Поппетомъ, сэръ! Не ѣстъ, какъ надобно, и становится упрямымъ. Вчера хотѣлъ пустить его черезъ барріеръ.... ни за что!
-- Что жъ ты мнѣ не сказалъ, Томъ? вскричалъ молодой Филиппъ: я бы его ужъ заставилъ скакнуть черезъ шесть барріеровъ, не только черезъ одинъ.
-- Сохрани Богъ, мистеръ Филиппъ! вѣдь я знаю, что вы горячи. А случилось бы что-нибудь, такъ тогда что?
-- Правда, правда, мой другъ, прибавилъ отецъ: Поппетъ не привыкъ къ другимъ сѣдокамъ кромѣ меня. Осѣдлай его, Томъ. Ну, а вы, братецъ, поѣдете съ нами?
-- Нѣтъ, я съ Артуромъ долженъ ѣхать сегодня въ городъ. Я уже велѣлъ заложить.
-- Ну, какъ хотите.
Сэръ Филиппъ сѣлъ на своего любимаго коня и нѣсколько разъ объѣхалъ дворъ рысью.
-- Что ты, Томъ! видишь, какъ мой Поппетъ послушенъ? Отвори ворота: мы проскачемъ по аллеѣ, я тамъ черезъ барріеры.... а, Филиппъ?
-- Ѣдемъ, папенька.