Ознакомился Бунин со статьями В. И. Ленина о Толстом. Однако сформулированный Лениным взгляд на Толстого как на выразителя идей и настроений патриархального наивного кре­стьянства Бунин, верный своему идеалистическому взгляду на исторический процесс, не приемлет категорически. Но, идя от конкретных фактов, от изучения свойств живой личности Толстого и черт его творчества, Бунин приходит в некоторых случаях к выводам, уже знакомым нам по марксистским работам. Такова выявленная Лениным связь между учением Толстого и "строем жизни восточных народов": "Вот именно идеологией восточного строя, азиатского строя и является толстовщина в ее реальном историческом содержании. Отсюда и аскетизм, и непротивление злу насилием, и глубокие нотки пессимизма, и убеждение, что "все -- ничто, все -- материальное ничто" ("О смысле жизни", стр. 52), и вера в "Дух", "начало всего", по отношению к каковому началу человек есть лишь "работник", "приставленный к делу спасения своей души" и т. д." (В. И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 20, М. 1961, стр. 102). Сравним эти слова хотя бы с первыми же строками книги Бунина, -- начиная с цитаты из "поучений" Будды, Бунин проводит глобальную параллель между философией Толстого и "неподвижными" восточными религиями. Разумеется, оценку этому явлению Ленин и Бунин дают противоположные. "Толстой смешон, как пророк, открывший новые рецепты спасения человечества", -- указывает Ленин, разбирая взгляды и противоречия великого писателя (В. И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 17, М. 1961, стр. 210). Бунин же всей своей книгой стремится доказать, что философские и религиозные искания Толстого, подчинившие себе всю жизнь, превратившие ее в подвиг, одновременно придали особую ценность и смысл творчеству, напитав его духовностью и придав ему особую нравственную остроту.

С огромной любовью и тщательностью воссоздавая многогранную личность Толстого, Бунин ясно понимал, что книга его не вызовет должного внимания в литературных кругах эмиграции. С понятной горечью он писал профессору Софийского университета П. М. Бицилли: "...кому нужно то, что в ней говорится? Равнодушному ко всему на свете Адамовичу? На все на свете кисло взирающему Ходасевичу? Всему на свете едко улыбающемуся внутренне Алданову?" (письмо от 16 августа 1937 г., журн. "Русская литература", 1961,N 4, стр. 156). Бунин, несомненно, сознавал, что место ее издания -- на родине Толстого, в России. 8 января 1947 года Бунин в письме к Н. Д. Телешову просил его передать государственному издательству: "Можно издать еще в сокращенном виде мою книгу "Освобождение Толстого" (сб. "Литературный Смоленск", 1956, N 15, стр. 325).

В своей книге Бунин приводит много цитат из произведений и дневников Л. Н. Толстого, из воспоминаний А. Л. Толстой и др. В комментарии отмечены лишь точные цитаты (даваемые Буниным в кавычках).

"Совершенный, монахи, не живет в довольстве..." -- Бунин приводит слова из "Поучений Будды", мифического основателя индусской религии, очевидно, по одному из зарубежных источников.

Пифагор Самосский (ок. 580-500 гг. до н. Э.) -- греческий математик и философ.

Марк Аврелий (121-180 гг. н. Э.) -- римский император (с 161 г. н. Э.) -- философ школы стоиков, автор книги "Наедине с собой", проникнутой идеями смирения, покорности судьбе. Толстой приводит высказывания Пифагора в своем "Круге чтения": "Убедись, что нет у тебя иной собственности, кроме твоей души" (Л. Н. Толстой, Полн. собр. соч., т. 41, стр. 471);

"Высшее назначение наше -- готовиться к смерти" -- это высказывание Марка Аврелия Толстым нигде не приводится. У него есть, однако, немало близких цитат из Марка Аврелия, например, в книге 1910 года "Путь жизни": "Ничего нет вернее смерти, того, что она придет для нас. Смерть вернее, чем завтрашний день, чем наступление ночи после дня, чем зима после лета. Отчего же мы готовимся к завтрашнему дню, к ночи, к зиме, а не готовимся к смерти? Надо готовиться к ней. А приготовление к смерти одно -- добрая жизнь. Чем лучше жизнь, тем меньше страх смерти. Для святого нет смерти" (Л. Н. Толстой, Полн. собр. соч., т. 45, стр. 461).

Христос тоже звал "с родины на чужбину"... -- Евангелие от Матфея,

глава 10: "И враги человеку домашние его... Кто любит отца или мать более, нежели меня, не достоин меня..."

Царевич Готами -- Сидхатра Готами Просветленный -- то есть Будда.