Только будет страшно жаль, если проклятая болезнь сделает то, что я не попаду к Вам на праздник.
Ив. Бунин.
P.S. По правде сказать, страшно скучно одному: Ребинин уходит с утра на службу, Юрий на урок, а потом в библиотеку, так что до вечера я совершенно один... Грустно! Во время болезни как-то особенно жаль всех своих. Чувствуешь себя каким-то одиноким и забытым. Ну, да делать нечего...
До свидания, дорогие мои!
19. Ю. А. БУНИНУ
Начало января 1890. Елец <?>
Юринька! милый, дорогой Юринька! В эту минуту я чувствую такую безграничную любовь к тебе и столько раскаяния во многом, что положительно не могу не написать тебе. Я сказал: "в эту минуту", но это, ей-богу, не значит, что все мое чувство к тебе -- пустяки. Эта минута есть выражение всего моего хорошего к тебе, которое иногда, по воле обстоятельств, так сказать, заслоняется ими же. Прости, ради Бога, ради Христа, что я не побыл с тобою в деревне. Милый! Я сейчас до слез жалею сам об этом. Сколько бы мы вспомнили, сколько бы поговорили! Получивши твое письмо и вдруг уже ясно почувствовав, что тебя уже нет, я ужаснулся... Ты может подумаешь, что я сфразировал в последнем выражении. Да, ей-богу, нет! Ну да что толковать!
-- -- --
Я ездил в Орел, пробыл там дня 4, клянусь Богом, употреблял все усилия получить деньги1, -- но мне дали только 15 рублей, из которых я заплатил в гостиницу 7 р. 60 (ведь ты же знаешь, у меня почти совсем не было денег, когда ты уезжал). Обещались отдать остальные непременно к половине января. Вышлю, Богом клянусь!
-- -- --