Зачеркнутое -- теперь уже недействительно.
Читал "Крейцерову сонату" -- давали Воробьевы; рукопись попалась одна из лучших и верных. Я положительно поражался, сколько правды в ней. Да правда-то такая неприкрашенная; это мне тоже понравилось. Неправда тоже есть -- только ведь это не толстовская, т.е. говорит ее Позднышев? Напиши, милый Юричка, как-нибудь о ней... Да впрочем, это как-то не выйдет, наверно. Вот кабы ты приехал? Приезжай, милый и дорогой Юричка!
Евгений -- наконец-то! -- был в Рязани и в Москве! Ездил с Александрой Гавриловной4, думал купить с торгов недалеко от нас именьице, заложенное в Московском банке.
Посылаю тебе свою статейку об Успенском5. Был сам в Лобановом. Одобряешь, что написал? Или не следовало сообщать такие голые факты?
Прощай пока, милый и дорогой Юричка! Целую тебя крепко-крепко.
Глубоко уважающий тебя
И. Бунин.
Пиши поскорее. Прости за мои -- ей-богу, невольные какие-то -- промедления в ответах.
P.S. Часто, милый Юричка, запечаливаюсь, все думаю-гадаю о своем житье. Поделиться, брат, не с кем. О многом всегда хочу поговорить, -- но это как-то не выразить: мы редко переписываемся. Впрочем, всегда помню твой совет -- не быть жопой.
Кажется мне все, что я говнею. Говорю это без рисовки -- ты поверишь. И, дорогой мой Юричка! не из подлости говорю -- часто вспоминаю, насколько я умнею и благороднею, когда с тобою.