100. В. В. ПАЩЕНКО
31 октября, 1 ноября 1891. Глотово, Елец
Глотово, 31 октября.
Дорогая моя девочка!
Доехал я нельзя сказать чтобы очень благополучно: вагон вскоре нахолодился, стенка, около которой я лежал, пригромоздившись на корзине, была вся сырая и холодная, спал я, разумеется, ужасно скверно... Но в особенности застыл я, поехавши с Измалкова. Извозчик оказался один и я ему поставил необходимым условием дать мне тулуп и армяк на ноги. Он уверил меня, что все это найдется, и я за целковый отправился, чтобы заехать за тулупом по дороге на село. К величайшему моему озлоблению, -- подъехавши к своей избе, мужик заявил мне, что тулуп-то есть, да бабин, коротенький, -- а армяка совсем нету. Что было делать? Одно -- изругать его и переть с корзиной опять на вокзал; но до вокзала уже было более полуверсты, так что такое путешествие, да еще в темноте, (чуть-чуть брезжило) еще более нахолодило бы меня. Надел коротенький полушубок, обмотал голову своей "шкуркой", засунул ноги в солому и поехал... Ехал мужик хорошо -- саночки так и постукивали по колчам, -- но все-таки правая нога моя жестоко страдала от холода! Заря еле-еле подымалась "в холодной мгле", поля смутно серели в тумане... Мертвенно, сурово, холодно!.. Кое-как доехал и застал Евгения еще в постели; застал также и мать у него. Разумеется, обрадовались здорово; сообщили мне, что у Маши был брюшной тиф и что меня не хотели тревожить известием... Потом, конечно, начались толки о солдатчине. Евгений убежден, что меня возьмут и очень советует мне попоститься и не поспать -- на всякий случай. Я этому совету последовал тотчас же -- не стал пить чай с хлебом, не обедал и ограничился тремя небольшими медовыми лепешечками за вечерним чаем; спать тоже не лег и в конце концов приобрел громадную головную боль... Сейчас она тяжела и тупа ужасно, так что не осуди, если выйдет письмо плохо, милая, голубочка моя!.. Да, главное: мне советуют все дать от доктора свидетельство, что я теперь не могу явиться на прием и явиться через месяц после. Тогда комплект будет, вероятно, уже почти набран, -- отойти следственно легче. Как думаешь -- сделать так? Я думаю, что вряд ли что можно этим выиграть. Только протомишься напрасно. Уж лучше скорее что-нибудь...
Завтра пошлю тебе 10 рублей. Отца еще не видал -- он в Озерках -- и не говорил ни о чем денежном... Поститься буду страшно -- спать совсем почти не буду... Ведь не умру, а может, и помогу делу...
Кстати -- чувствую себя плохо. Недаром давеча извозчик на мое восклицание о замерзшей ноге, серьезно так сказал: "Эх, брат, и г... же у тебя ноги. Выменял бы ты себе коровьи"!..
До свидания пока, бесценная деточка! С глубоким уважением и благодарностью (искренно -- клянусь тебе Богом) целую твои ручки за всю твою нежность и заботливость ко мне! Благородная и милая ты девушка, моя Варечка!
Глубоко любящий тебя
весь, весь твой Ив. Бунин.