Прости, деточка моя, "свиненок" мой бесценный (если бы ты сейчас видела, как хорошо и ласково у меня сию минуту стало в сердце от этого слова!), что я брюзжу (есть такое слово?). Ведь в самом деле плохо!
Слышал, что в "Артисте" меня сильно "отделали"1, но сам еще не видал, -- завтра мне принесут и я напишу тебе слово в слово... Вообще буду писать больше, -- сейчас иду на почту, тороплюсь, потому что письмо заказное.
Крепко обнимаю тебя, моя сладкая, милая!
Весь твой И. Бунин.
124. В. В. ПАЩЕНКО
28 февраля 1892. Полтава
Полтава, 28 февраля.
Мне очень нездоровилось за эти два дня, Варюшечка; дорога ли сказывается или вообще такое время поганое -- не знаю, но только у меня был здоровый насморк, к вечеру лихорадило и т.п. чепуха... Не хочу этим оправдать себя в том, что я молчал эти два дня; молчал потому, что ждал "Артист" и хотел тебе послать письмо вместе с выпиской рецензии о моей бедной книге1. Но "Артиста" мне так и не достали, а в библиотеке его нету (кстати -- я подписался вместе с Нечволодовым в библиотеке, беру две книги на свою долю, читаю теперь Берне2)... Вероятно, не придется увидать и "Север", если Лебедев3 не пришлет. Не видала ли ты? Ну чего ты молчишь опять? Я, ей-богу, зверенок, начну злиться...
Да в прежнее время и начал бы уже. А теперь я не придаю этому того значения, которое придавал прежде. Часто, когда я думаю о тебе, мне хорошо и спокойно становится на душе: успокаивает и радует меня твердая вера, что ты любишь меня, что я дорог тебе, что мы уже крепко связаны с тобою общими интересами, дорогими днями в прошлом и думами о будущем. Зверенка! Голубеночек мой! Очень бы я хотел сказать тебе это сейчас... Только я сказал бы это не словами, а молча, когда бы ты прилегла ко мне и прижалась... знаешь как? Как ребеночек!
Настроение мое поулучшилось. Дни проходят однообразно. Мы почти все время -- да весь день, а я даже ночь, потому что у Юлия спать на полу холодно -- проводим у Женжуристов. Славные они люди и чувствуешь себя у них, как дома... даже, что касается до меня, то лучше дома... да и давно уже был у меня свой дом!.. Вся семья наша теперь рассеяна и никогда уже не приведется мне пожить с родными! Ну да что об этом! Плоха, друг, "весна на юге"! Метель бушует, как в какой-нибудь Вологде!.. Кстати, уехала Над<ежда> Ал<ексеевна> в Вологду? Что Борька? Что интересного в "Орл<овском> вестн<ике>"? Пришлешь ли отчет о заседании экстренного собрания4? В Полтаве так тиха и спокойна жизнь, что буквально не о чем писать в газеты.