29 ноября/12 дек.
[...] Мы -- в республике. Петлюровские войска вошли беспрепятственно в город. [...] По последним сведениям, Гетман арестован. Киев взят. Поведение союзников непонятно. [...] Сегодня, вместе с политическими, выпущено из тюрьмы и много уголовных. Вероятно, большевицкое движение начнется, если десанта не будет. [...]
Петлюровские войска в касках, вероятно, взятых от немцев. [...]
30 ноября/13 декабря.
Опять началась жизнь московская. Сидим дома, так как на улицах стреляют, раздевают. Кажется, вводится осадное положение, выходить из дому можно до девяти часов вечера. Вчера выпустили восемьсот уголовных. Ждем гостей. Ожидание паршивое. [...]
Вчера мы за ужином угощали грушами. Ян был подавлен. Он говорил, что прошлую ночь три часа сидел на постели, охватив руками колени, и не мог заснуть.
-- Что я за эти часы передумал. И какое у меня презрение ко всему!... [...]
2/15 декабря.
Пошли все гулять. День туманный. На Дерибасовской много народу. Около кафэ Робина стоят добровольцы. Мы вступили во французскую зону. Дошли до Ришельевской лестницы. На Николаевском бульваре грязно, толпится народ. По дороге встретили Катаева.
На бульваре баррикады, добровольцы, легионеры. Ян чувствует к ним нежность, как будто они -- часть России. [...]