Есть слух, что Николай Николаевич2 приехал в Ставку. Здесь тысяч сорок или пятьдесят офицеров, а на регистрацию явилось только 130 человек. [...]
13/26 января.
[...] Вчера весь день циркулировал слух, что Деникин убит или застрелился. "Новости" неизвестно почему вчера поместили портрет Деникина и его биографию.
Из Ростова приехал Коцинский; он офицер [...]. Он был при объявлении эвакуации Ростова. Очень долго власти уверяли всех, что все вполне безопасно. Жизнь текла весело, все пили, спекулировали -- "пир во время чумы". Затем, когда объявили, что большевики близко, всех вдруг объяла необыкновенная паника. Магазины стали заколачиваться, товары подешевели необыкновенно, начались грабежи. Двух повесили. Но никто не обращал внимания. Висит себе человек на соседней площади с высунутым языком, да и только. Власти растерялись.
В Новороссийск столько навалилось беженцев, что и представить невозможно. Это уже библейские картины. Проявление подлинной Руси [...] добровольцы бежали целыми полками, приходили поезда, переполненные и больными, и трупами, и людьми с отмороженными конечностями. Времена по-истине страшные.
Людей спасает только отсутствие воображения. На "Херсоне", на котором было до 6000 чел., были картины положительно из Дантовского ада: по ночам в кают-кампании люди, позабывши о всяком стыде, мужчины, женщины, раздевались до гола и искали на себе насекомых. [...] В каждом порту вываливали целые партии больных сыпняком и мертвых. На пароходе было несколько смертей и 2 самоубийства.
18/31 января.
Ян вернулся домой очень взволнованный. На вчерашнем заседании решен вопрос об эвакуации, но пока об этом не объявляют. Автунович не дает пропусков, ссылаясь на телеграмму Деникина. [...] Угля для пароходов нет. Иностранные подданные тоже не выпускаются. [...]
Вчера мы были у Кондакова, он подтвердил, что Деба возьмет нас с собой. Может быть, придется грузиться на Большом Фонтане. [...] Может быть, из Одессы придется итти пешком. Все обдумываю, что взять с собой. Где оставить вещи? [...]
Херсон, Вознесенск, Николаев заняты. В Николаеве паника была ужасающая. [...]