Старец подумал, очевидно, что Хромов собирается ему устроить пышные похороны, ответил ему.
-- Панок, меня не величь!
Весть о том, что старец умирает, разнеслась далеко по округе. Почитатели Федора Кузьмича со всех концов стали собираться, чтобы последний раз взглянуть на старца. Но Хромов никого не пускал к старцу. А старец доживал последние дни и быстро угасал.
В день смерти старца Хромов утром зашел к нему. Он лежал без движения. Бледное лицо осунулось и почернело. Старец лежал неспокойно: то ложился на один бок, то на другой и, очевидно, сильно страдал.
Было больно видеть Хромову мучения старца, и он подумал:
-- Не оттого ли он так мучается, что отказался приобщиться Святых Тайн?..
Как бы догадавшись, что думает Хромов, старец спросил его:
-- Панок, и ты думаешь удалиться от меня?
Хромову стыдно стало, что он так подумал о старце, и он ответил ему поспешно:
-- Батюшка, прости, нет, не думаю!