-- Дозволяю -- слышите!
-- Но, ваше превосходительство, в книге экстрактов извольте прочесть...
-- А, боже мой! я сказал, что дозволяю! Подайте пьесу.
Гедерштерн подал пьесу, на которой он сверху написал: "Дозволяется. Генерал-лейтенант Дубельт" -- и не зачеркнул даже написанного прежде: "Запрещается. Генерал-лейтенант Дубельт". В этом виде и теперь хранится эта пьеса в театральной библиотеке 10.
Комедия Островского "Воспитанница" была также не одобрена цензурой к представлению. Я стал хлопотать о ее дозволении. В. П. Бутков, государственный секретарь, будучи очень хорош с Потаповым {Начальник Третьего отделения 11. (Прим. Ф. А. Бурдина.) }, дал мне по этому случаю к нему письмо, с которым я приехал в Третье отделение и отдал для передачи дежурному офицеру.
Потапов, выслушавши мою просьбу, сказал мне:
-- К сожалению, господин Бурдин, я должен отказать вам. Я не могу дозволить того, что было запрещено моим предшественником, генералом Тимашевым... В своих действиях мы должны быть последовательны. Во всем должна быть система. Пьеса господина Островского с таким вредным направлением, что не может быть допущена на сцену.
-- В чем же тут вредное направление, ваше превосходительство? Это не более как картина нравов!
-- В насмешке и издевательстве над дворянством. Дворяне действуют патриотически, приносят огромные жертвы, освобождают крестьян, и за это же потешаются над ними!
-- Но, ваше превосходительство, тут не задет ни крестьянский вопрос, ни благородные чувства дворянства!