Что же мудренаго, что при такой любви и вниманіи къ театру могущественнаго монарха, передъ которымъ трепетали распорядители, зная, что малѣйшая небрежность и упущеніе не пройдутъ безнаказанно, -- театръ стоялъ такъ высоко.
Подобное блестящее положеніе искусства не возобновится.
Проведите параллель между артистами того и нынѣшняго времени, и будетъ видно, далеко ли ушла русская сцена.
Одно слишкомъ высокопоставленное лицо, въ семидесятыхъ тогахъ. спросило меня:
-- Отчего такъ мало хорошихъ русскихъ пьесъ?
-- Оттого, что вы рѣдко насъ посѣщаете, -- отвѣчалъ я.
-- Но я таланта, сдѣлать не могу.
-- Это вѣрно, ваше ... ство, но, когда увидятъ, что вы интересуетесь нашимъ дѣломъ, тогда тѣ, которые управляютъ имъ, чтобы угодить вамъ, приложатъ всѣ старанія къ русской сценѣ, чтобы пріохотить авторовъ трудиться для театра, -- а кому же охота работать теперь, встрѣчая затрудненія въ цензурѣ, въ постановкѣ и получая за всѣ непріятности грошевое вознагражденіе.
Взаключеніе разскажу нѣсколько характерныхъ случаевъ, бывшихъ при встрѣчѣ государя съ артистами.
Государь очень жаловалъ французскаго актера Верне, который былъ очень остроуменъ. Однажды, государь, гуляя пѣшкомъ, встрѣтилъ его въ Большой Морской, остановилъ и нѣсколько минутъ съ нимъ разговаривалъ. Едва государь удалился, какъ будто изъ-подъ земли выросъ квартальный и потребовалъ у Верне объясненія, что ему говорилъ государь. Верне, не зная порусски, не могъ ему отвѣтить; квартальный арестовалъ его и доставилъ въ канцелярію оберъ-полицеймейстера, которымъ тогда былъ Кокошкинъ. Кокошкина въ то время не было дома; когда онъ возвратился, то, разумѣется, Верне былъ освобожденъ съ извиненіемъ.