Вероятно, графиня мало симпатизировала другу, над неявной бдительностью которого весело подсмеивалась Жюльетта, так как насмешка эта вызвала у нее недобрую радость, на миг блеснувшую в ее глазах. Словно ободрившись, она продолжала:
-- Во-первых, ты скажешь ему, что это Друг моего мужа гораздо больше, чем мой. И, во-вторых, могу ли я говорить с тобой откровенно? Казаль, не правда ли, для тебя и для де Пуаяна и для кого бы то ни было, -- шалопай, бывающий у женщин только для того, чтобы губить их, фат, скомпрометировавший г-жу де Гакевиль, д'Еторель, де Корсьё, тысячу и трех других, игрок, который ведет в клубе нелепую игру, огрубевший тип, который встает из-за игорного стола только для того, чтобы садиться на лошадь, фехтовать или охотиться и кончать день drank as a lord? Таков только твой Казаль и Казаль твоего де Пуаяна...
-- Мой Казаль! -- прервала ее Жюльетта. -- Да я его совсем не знаю; да и де Пуаян -- совсем не "мой"; я не желаю брать на себя ответственность за антипатии моих друзей, будь же справедлива?..
-- Конечно, конечно, твой де Пуаян, -- настаивала графиня. Что если бы он просто овдовел, а не разъехался со своей женой, что если бы эта самая негодная жена сделала ему приятный сюрприз и умерла во Флоренции, где она ведет такую жизнь?..
-- Что же? Кончай, -- сказала Жюльетта.
-- Мне всегда казалось, что ты способна выйти за него замуж; что же касается до него, я готова держать пари: он думает об этом и охраняет тебя, как невесту.
-- Во-первых, не думаю, чтобы у него были такие злодейские замыслы, -- громко смеясь, сказала Жюльетта, -- а во-вторых, не знаю, что бы я ответила, если бы представился такой случай... Наконец, почти тридцатилетняя невеста может не бояться чар фатоватого прожигателя жизни, ярого игрока, отчасти жокея, довольно хорошо владеющего оружием, и горького пьяницы, -- вот верный, хотя и не лестный портрет твоего гостя...
-- Ты прервала меня как раз в тот момент, когда я хотела сказать, что этот легендарный Казаль так же мало похож на настоящего, как изображенный в Chatiments Наполеон III не похож на нашего бедного императора... Казаля считают фатом? Но виноват ли он в том, что жизнь столкнула его с тремя или четырьмя сумасшедшими, которые афишировали свою связь с ним. Смейся сколько тебе угодно. Да, они его афишировали! Полина де Корсьё дошла до того, что ее невозможно было принимать. А после разрыва кто стал сплетничать направо и налево? Он или она? Я знаю только одно -- я, которая дорожу своей репутацией честной женщины, -- что никогда, слышишь ли, никогда, он не сказал мне чего-нибудь такого, что не должен был говорить. Он умен, интересен и полон воспоминаний о своих путешествиях. Он изъездил весь свет: Восток, Индию, Китай, Японию. Прожигатель жизни? Игрок? Он был только немного богаче всех этих господ, а потому имел больше лошадей и проигрывал более крупные куши. Есть чем возмущаться! Возможно, что у него есть страсть к фехтованию, но он о ней не говорит, и я никогда не слышала, чтобы он злоупотреблял своим умением владеть шпагой. Возможно также, что он пьет, но, приходя ко мне, он всегда владел собой в совершенстве... Знаешь ли, что он такое? Балованный ребенок, которому жизнь всегда давалась слишком легко, но который сохранил в себе много хороших качеств. И при этом красив! Но ты его видела?..
-- Да, кажется, мне его раз показывали в Опере, -- сказала Жюльетта. -- Он высокий, с черными волосами и белокурой бородой.
-- Так это было давно, -- возразила Габриелла, -- теперь он носит только усы. Какая странная вещь -- жизнь в Париже! Вы, вероятно, встречались сотни раз.