10. "И бысть же назади татарскихъ полковъ (у Карамзина далее неопределенно) волцы воютъ вельми грозно, по правой же странъ ихъ вороны и галицы безпрестанно кричаше" -- в подлиннике очевиднее изображена местность, следов., живее описание: "противу же имъ на рецъ на Непрядве гуси и лебеди и оутята крилами плещутъ необычно и велику грозу подаютъ". Карамзин не выразил мысли: в подлиннике ясно, что птицы подают грозу тем, что крыльями плещут необычайно; а Карамзин прибавил это последнее слово к грозе. Гадание по птицам, с. 316--317.
11. "И рече Волынецъ: обратижеся, князь же, на полки рускія! і якоже обратишася и бысть тихость велика. Волынецъ же рече великому князю: что еси, господине, слышалъ? Он же рече: ничто же, брате, слышати, но токмо видъхомъ, отъ множества огней зари имашася". Мысль понятна и изящна: так много разложено огней, что от них занимается заря; у Карамзина непонятная фраза, ибо слияние огней небесных с блестящими зарями ничего не значит.
12. "Сшедъ съ коня, и паде на землю на правое оухо, предлежа на долгъ часъ и ставъ, абие пониче". Языческая примета -- слушать землю.
13. "И рече ему Князь Великій: что есть, брате, примѣта?" О приметах см. с. 316.
14. "Едина ти есть на ползу, а другая скорбная: слышахъ землю плачущуся на двое (прекрасное выражение: Карамзин неясно представил гадание землею), едина страна, аки нъкая жена плачющеся чадъ своихъ еллинскимъ языкомъ (следов., примета дурная, языческая, елленская: у Карамзина вдовица ничего не значит), другая же страна аки нъкая дьвица, просопъ аки въ свирель, едина плачевнымъ гласомъ".
15. "Азъ чаю побѣды на поганыхъ, а крестіянъ множество падетъ". Повторение много, много подновляет слог.
16. "Слышавъ же то князь великіи, прослѣзився"...
17 и 18. "Бывъше же оутра того мгла: начаша гласы трубныя от обоихъ странъ сниматися. Татарьскія же трубы аки онемѣша, рускія же паче оутвердишася".
19. "Велми земля стонетъ, а ту грозу подаетъ (прекрасное выражение, пропущенное у Карамзина) на востокъ до моря, на западъ же до Дуная".
20. "Поле же Куликово прегибающеся (Карамзин прибавил от тягости, для ясности), вострепеташа лузи и болота, ръки же и озера (определеннее и изобра-зительнее, чем воды) изъ мѣстъ своихъ выступиша".