По "Уставу...", она принята только в одном последнем классе и, очевидно, не более как для формы. Она так стеснена со всех сторон другими задачами и требованиями, распределенными на три урока в неделю, что едва ли останется для нее времени. Судите сами по выдержке из самой программы этого класса.
"1) Опыт эстетической критики доступных девицам литературных произведений.
2) Сжатый обзор истории русской литературы.
3) Повторение теоретического курса грамматики русского языка сравнительно с грамматическими особенностями французского и немецкого языков.
4) Декламация.
5) Самостоятельные сочинения в форме описаний, повествований и рассуждений по плану, выработанному самими ученицами".
Сделав такую незначительную уступку для истории русской литературы, "Устав..." в объяснительной записке старается сколько возможно умалить значение этого предмета в средних учебных заведениях: "Что же касается до истории литературы, то преподавание этого предмета, если понимать под ним картину постепенного развития народа, насколько оно выразилось в слове, мыслимо только в университете и если может быть допущено в женских институтах, то только в самом конце курса, и то в виде сжатого очерка" (с. 227).
Литература имеет благотворное действие в педагогическом отношении, развивая ум и облагораживая сердце и воображение, но -- только в подробном знакомстве с лучшими из ее произведений, чем, собственно, должна и ограничиваться вся задача в преподавании этого предмета в средних учебных заведениях. Общий вывод в историческом порядке, извлеченный только из такого обстоятельного изучения, может быть понятен и разумно воспринят учащимися. Потому всякий сжатый очерк истории литературы с перечнем писателей, с произведениями которых ученицы не успели познакомиться прежде,-- принесет только вред, оправдывая в их глазах неосновательность и поверхностное верхоглядство. И особенно неуместно предпринимать такую меру в старшем классе в виде результата всего пройденного по литературе.
Указанную неловкость в постановке истории литературы старались исправить программы женских гимназий ведомства императрицы Марии и училищ Александро-Мариинского и Усачевско-Чернявского. Во всех этих заведениях на историю русской литературы полагается по два года: для древнего периода -- в предпоследнем классе и для нового -- в последнем.
Колебание в этих программах оказывается по вопросу древнего периода, до Петра Великого, очевидно, потому что этот период, до крайности скудный памятниками литературы, собственно изящной, имеет значение вообще для истории образования нашего отечества преимущественно в литературе церковной.