Изучение слога в этом классе дополняется объяснением эпических форм, каковы: постоянные эпитеты, длинные уподобления, эпические описания подробностей, повторение того же самого по нескольку раз, общие места, так же неминуемо повторяющиеся, как и постоянные эпитеты, и т. д. Учение о стихосложении дополняется здесь объяснением гекзаметра, дактиля, анапеста, цезуры и белого, или нерифмованного, стиха.
Изучение церковнославянского языка по Остромиру и русского народного по былинам и по духовному стиху даст возможность объяснить в нашем книжном языке архаизмы, провинциализмы, варваризмы и неологизмы.
В следующих классах эти элементы русской речи более и более будут уясняться в сознании воспитанниц: провинциализмы как совокупность говоров, составляющих то, что мы называем русским народным языком в географическом отношении; архаизмы как предание, ведущее свое начало от церковнославянского перевода св. писания, а неологизмы и варваризмы как результат успехов европейского просвещения.
В этом же классе, тоже практически на разборе читаемого, начинается учение о слоге, так называемом высоком, или витиеватом, и простом; о слоге разговорном и книжном, постепенно слагавшемся из народных и церковнославянских элементов в древней русской письменности.
Такое изучение, постоянно извлекаемое из практики, будучи начато на чтении памятников древней письменности, особенно уяснится в следующих классах на изучении слога писателей XVIII в., Ломоносова, Державина, Фонвизина, затем -- Карамзина и, наконец, завершится на разборе произведений Пушкина, Гоголя и новейших писателей.
Но основание этому изучению элементов русской книжной речи дается именно в этом классе на разборе читаемого при помощи моего учебника русской грамматики. Напр., в различении форм: глава в книге, на церкви -- и городской голова; един, единица и один; длань и ладонь; перст, напр. в выражении перст Божий (народное -- перст), и большой палец; глас, напр. глас народа -- глас Божий, и громкий голос; мужья и великие мужи; сыновья и сыны отечества; учителя гимназии и учители церкви; невежа в обращении и невежда в знании; вопреки -- поперек, запрещать и перечить; нрав и норов и т. д.; даже в составе предложений, напр. говорящий, сказавший и который или кто говорит, сказал.
Руководством для учителя во всем сказанном выше может служить отдел о русском слоге в моем сочинении "О преподавании отечественного языка".
На вышеозначенное литературное чтение в этом классе полагается, как сказано, один час; последний из четырех часов посвящается диктанту и письменным задачам, к которым воспитанницы приступают именно в этом классе и продолжают это дело в следующих. На диктант полагается не более 10 минут, остальное время назначается на задавание письменных работ и на их разбор.
Главнейшею основою сочинений во всех классах должно служить изложение своими словами прочтенного и хорошо понятого материала, который воспитанницы приобретают частию в уроках учителя, частию вне класса из прочтенного ими самими.
Задача воспитанницам будет состоять в известной обработке этого материала, начиная от голословного пересказа в этом классе и до более трудных работ в следующих классах, согласно успехам и умственному развитию воспитанниц, и по мере того, как вместе с нарастанием и усложнением сказанного материала будет становиться серьезнее и самая задача, вызывая более и более самодеятельность и самостоятельность. Так как обработка добытого чтением материала может быть излагаема в форме описания, повествования и рассуждения, то уже в этом V классе учитель должен объяснить своим ученицам значение и состав этих литературных форм, и здесь собственно формы описательной и повествовательной, как более доступных их возрасту, и только в отличие от формы рассуждения, в которой будут практиковаться ученицы не ранее, как в III классе. Руководством для самого учителя по этим письменным задачам учениц, как в этом, так и в высших классах, будет служить та же названная выше стилистика Бена.