Ее приветствуют восторженными криками:
-- Княгиня! Да здравствует княгиня! Да здравствует русская патриотка!
Живо! Офицеры намечают места. За работу! Княгиня требует, чтобы ей позволили сделать первый удар лопатой. За ней толпа набрасывается на твердую почву возвышенности и беспощадно взрывает ее. Эта работа продолжается целые часы, дни, ночи -- неустанно, безостановочно. Дама в черном в первом ряду рабочих с ожесточением отдается грубой работе.
И когда ее окровавленные руки не могут более держать кирку или лопату, она, совсем разбитая, едва двигаясь, находит в себе силу схватить русское знамя и гордо пройтись с ним по всей линии укреплений.
Прекрасная в своем черном одеянии, она кричит своим металлическим голосом:
-- Бодритесь, дети! Бодритесь! За Государя! За святую Русь!
Все эти труды и усилия увенчались успехом. Быстро углубляются траншеи, растут насыпи, бастионы, укрепления Так как для работ не хватало дерева, в ход пустили все: доски, мебель, сундуки, ящики -- все годилось для молодцов, готовых защищать город своими трупами.
В это же время привозят пушки, ядра, маскируют амбразуры мешками с землей. Эта гигантская работа длится сто двадцать часов... Четыре дня и четыре ночи. Защитники Севастополя сделали больше, чем было в человеческих силах.
Когда все было готово, Корнилов попросил духовенство благословить войско и работы. Священники появились на укреплениях в сопровождении адмирала, который после службы обратился к солдатам с этими историческими словами:
-- Дети, будем драться до последнего! Всем начальникам я запрещаю бить отбой, если кто из начальников прикажет бить отбой, заколите такого начальника! Товарищи! Если бы я приказал ударить отбой, не слушайте, и тот из вас будет подлецом, кто не убьет меня!