"Лао-цзы", подняв все паруса, взял обычный курс из Макао в Сидней. Этот путь, которым идут все суда, ведет сначала к Лусону, одному из самых больших Филиппинских островов, затем проходит по проливу, который отделяет Лусон от Минданао, входит в океан, пересекает экватор на меридиане Анахоретовых островов и, описав отлогую кривую, кончается у Сиднейской бухты. Таким образом, весь путь похож на гигантскую букву S, где Макао -- верхняя точка, Сидней -- нижняя, а середина кривой приходится как раз на экватор.
Первую половину пути "Лао-цзы" прошел блестяще. Попутный муссон гнал его со скоростью девять и даже десять узлов. Скоро пароход достиг экватора и вдруг попал в полосу безветрия. Капитан, боясь надолго заштилеть в этих широтах, тотчас велел развести пары. Но для того, чтобы сократить путь, топливо и припасы, он решил не описывать вторую половину кривой, а идти по прямой линии. Его новый маршрут шел через острова Адмиралтейства, пролив Дампир и архипелаг Луизианы.
Этот путь был настолько рискованный, что ни один моряк никогда не избрал бы его. Но американец, как азартный игрок, шел ва-банк и не принимал во внимание водный лабиринт коралловых рифов, которого так страшатся моряки. Он приказал только для успокоения кидать лот [ Прибор для измерения глубины моря ] с обоих бортов, хорошо понимая, что это не спасет "Лао-цзы", если встретятся рифы.
Такое легкомыслие не могло обойтись без последствий. На выходе из пролива Дампир американец направил пароход на мыс главного острова из группы Луизиадских, и вдруг судно получило страшный подводный удар. Крик ужаса вырвался у сотни несчастных китайцев, запертых на нижней палубе, когда широкая струя воды ринулась в пробоину.
Капитан остановил машину и спустил двух водолазов для осмотра подводной части судна. Они убедились, что киль сильно пострадал, но обшивка надежна и кроме этой пробоины других повреждений нет. Пробоину заделали, и капитан скомандовал "вперед".
Увы! "Лао-цзы" остался на месте: машина не работала. Очевидно, в результате толчка ее сложный механизм оказался испорчен.
Тем временем начал дуть ветерок. Капитан решил воспользоваться этим и поставил паруса. "Лао-цзы" потихоньку двинулся вперед.
Ветер постепенно крепчал, поднялись волны. На "Лао-цзы", как будто в насмешку над опасностью, были подняты все паруса.
Так прошла ночь. Наутро послышался зловещий шум прибоя.
-- Право на борт! -- бешено заорал капитан.