Настала очередь доктора, который поднялся спокойно, не спеша Его длинное тощее тело с огромными руками и ногами напоминало паука, висящего на паутине.
Дикари глядели на появление белых с нескрываемым изумлением, а когда увидели Ламперрьера, то даже не дали Фрике обнять старого друга. Охваченные благоговейным ужасом, они бросились к ногам доктора, окружили его, точно святую реликвию, и забросали словами, среди которых особенно часто повторялось "Нирро-Ба". Фрике смутно понимал значение этой сцены и кусал себе губы, чтобы не расхохотаться.
-- Это ты, Нирро-Ба, брат мой!
-- Ты пришел из Виами, о Нирро-Ба! Ты опять будешь охотиться с нами на казуаров!
-- Это ты, Нирро-Ба, наш умерший брат!
-- Это ты, Нирро-Ба, воскресший под видом белого человека!
Одна женщина с надетым за плечами мешком, от которого несло ужасным зловонием, протолкалась к доктору сквозь толпу, которая охотно расступилась и пропустила ее вперед.
Женщина тревожно окинула доктора взглядом с головы до ног и, по-видимому, осталась довольна осмотром, потому что подняла руки к небу и воскликнула:
-- Это ты, Нирро-Ба, мой супруг!
Вслед за этим трое или четверо маленьких Нирро-Ба, совершенно грязных и в высшей степени вонючих, бросились к изумленному доктору, крича пронзительными голосами: