Время шло. Лошади мчались во весь опор, нимало не замедляя своего аллюра; ничего не говорило о том, что они начинали утомляться или чувствовали потребность восстановить свои силы отдыхом. Бесконечная пампа простиралась во все стороны до края горизонта, только кое-где виднелись кустарники или иная поросль, нарушающие ее однообразие.
-- Ну вот мы и в пампе! Европейцы называют также все пространство вне городов "камп". Это сокращенное слово от "campo", означающее по-испански "поле". Я тоже не знал этого названия -- ведь наши комнатные путешественники злейшие шутники. Представьте себе, что, прежде чем отправиться путешествовать, я набил себе голову целой серией сведений, почерпнутых мною из толстых томов, принадлежащих перу плодовитых и с весьма богатой фантазией господ, не видавших даже и колокольни Сен-Клу. Я принял все это за чистую монету, а они лгали, как простые болтуны.
-- В самом деле? А я бы выпил это, как молочко, и не поперхнулся; ведь это напечатано в книгах!
-- Это, видите ли, от того, что всякие россказни, когда их читаешь в книге, всегда кажутся правдой. Я сам попался, как простачок, на их басни. Так, например, господа писатели позволяли себе уверять людей, что пампа -- это сплошная равнина, плоская, как озеро, и что на ней, куда ни кинешь взгляд, всюду видны только травы, травы и травы... Мало того, они уверяли даже, что трава-то здесь только одного рода -- Gynerium argenteum -- знаете, те серебристые метелочки на тонком стебле, род ковыля, который можно встретить и у нас в садах?
-- Да, да. Я их видел на дачах в окрестностях Парижа!
-- Ну а здесь эти метелочки виднеются тут да там!
-- Я их еще не замечал!
-- Местами, на разном расстоянии друг от друга, их действительно очень много, целые островки, если можно так выразиться. Но зачем же нам рассказывать, будто "кортадеро", так они называют здесь это растение, -- единственная растительность, встречающаяся в пампе? Посмотрите кругом. Видите эту низкорослую, плотную, словно стриженый газон, траву, на которой едва заметен след копыт наших лошадей? Видите эти торчащие, растрепанные массы рауа, а эти кусты диких артишоков, крапивы, юкки, а также группки алоэ и кактусов и еще всякие другие растения? А вот, смотрите, красуются пурпурные ковры пунцовых душистых вербен? Отчего они ничего об этом не писали?
-- Потому что сидели дома и никуда не ездили! -- согласился Фрике.
-- Наконец, -- продолжал Буало свои нападки на комнатных путешественников, -- разве здесь нет деревьев?