-- Да, но довольно плохо; я у себя в колледже был большим лентяем и почти ничего не делал, -- ответил молодой человек.
-- А я, -- сказал Фрике, -- знаком только с физикой.
-- Неужели?
-- Да, -- сказал мальчуган не без некоторой гордости, -- я ее изучал у одного из учеников господина Гудэна.
-- А... прекрасно! -- невозмутимо продолжал доктор. -- Эти дикари большие любители фокусов, и ваши знания будут иметь у них успех. Итак, это минеральное вещество, которое вы видите перед собой, мой милый Андре, -- перекись марганца!
-- Я никогда бы не подумал!
-- Вы сейчас поймете, в чем дело. Я, как видите, опускаю небольшое количество перекиси марганца в этот глиняный сосуд, заменяющий мне реторту, затем пристраиваю к горлышку этой тыквенной бутылки трубку, которую сам изогнул на пару. Теперь набиваю свою жаровню углем, весьма скверным, мной самим изготовленным и от которого все мы прокоптимся, как сельди, и разжигаю его, после чего ставлю на жаровню свою реторту и жду, покуда она станет багрово-красной!
-- Да вы, доктор, если не ошибаюсь, собираетесь изготовить кислород!
-- Вы совершенно правы, мой друг! Вы, вероятно, спрашиваете себя, каким образом я раздобыл все эти вещества, разумное применение которых надолго отсрочит момент нашего переселения в желудки осиебов?! Марганец я нашел в двух шагах отсюда совершенно случайно, и, что особенно хорошо, он почти абсолютно химически чист. Что же касается угля, то, так как осиебы нуждались в порохе, я им удачно намекнул, что мог бы изготовить порох для них, если бы мне была предоставлена возможность. Я случайно нашел один вид белого дерева, которое приказал сжечь по методике европейских угольщиков, и теперь якобы изыскиваю способ, сообразный доступным мне средствам, для изготовления нужного им пороха. На самом же деле я пользуюсь своим званием и положением "директора политехнической школы осиебов", чтобы оборудовать свою лабораторию, служащую для иных целей.
Пока доктор говорил, сосуд, где содержался марганец, мало-помалу стал темно-красным.