-- Ах, мой бедный маленький братец, увижусь ли я с ним когда-нибудь! -- вздохнул Фрике со слезами на глазах.
Между тем и новый снаряд, пущенный с "Молнии", так же не достиг цели, как и предыдущие. Пьер де Галь никогда в жизни не промахивался дважды по простому буйку на большом расстоянии, а теперь он стрелял по судну! И все мимо. Старый канонир побледнел.
Что же происходило на разбойничьем судне?
Флаксхан, командовавший этим черным судном, которое мы уже видели у африканских берегов, когда в него грузили невольников Ибрагима, затем на Атлантическом океане, когда оно затопило и пустило ко дну "Виль-де-Сен-Назэр" и еще когда оно удрало с рейда Вальпараисо, да-да, именно капитан Флаксхан в синей фланелевой куртке флегматично прогуливался по палубе своего судна, покуривая дорогую сигару.
Отвечая односложными словами нашему старому знакомцу, изображавшему уже однажды капитана, марсельцу Мариусу Казавану, этот спокойный американец все видел и все замечал. Экипаж, расставленный по местам, ожидал только его слова или жеста. Это разношерстное сборище негодяев всякого рода и племени было на удивление дисциплинированно, как безупречный экипаж "Молнии".
-- Итак, капитан, -- проговорил Казаван, -- вы намерены уклоняться от его огня, не пользуясь двигателем, и подойти к нему на парусах?!
-- И пустить его ко дну! -- просто добавил Флаксхан.
-- Тэ!.. В таком случае не зевайте, капитан!
-- О, это просто ради того, чтобы вымотать их немного нашими маневрами. Впрочем, вы увидите...
Он вынул свои часы. Минуту спустя пороховое облачко первого выстрела с "Молнии" показалось на борту. Ветер, как мы говорили, дул с бакборта.