Оно по очереди бывает: "Франклин", трехмачтовый голет из Нью-Йорка; "Джордж Вашингтон", паровое судно, приписанное к порту Нового Орлеана; "Королева Виктория", голет из Ливерпуля, и, наконец, "Сильфида", голет из Гавра.
Преступнику и злодею нужно маскироваться в разные одежды и иметь все документы в исправности, и вот разбойничий корабль гримируется, перекрашивается, переодевается и преображается в различных ситуациях, становясь, когда хочет, неузнаваемым даже для опытного глаза моряков.
У него четыре "лица" под четырьмя соответствующими названиями, в коммерческих портовых книгах; у него налицо документы на все якобы четыре судна. И ежедневно ведутся четыре судовых журнала, в которые заносятся все путевые происшествия, приписываемые соответственно каждому из четырех судов.
"Франклин" имеет корпус черный и белые борта -- им командует лично капитан Флаксхан. "Джордж Вашингтон" обладает большой трубой, извергающей клубы дыма, -- им официально командует третий лейтенант разбойничьего корабля мистер Браун из Луизианы, остающийся фактически в полном подчинении у Флаксхана, который, так сказать, в данной ситуации остается за кулисами. "Сильфида", светло-серая с блестящей черной бортовой полосой, с отсутствующей фок-мачтой, французский голет с командиром Мариусом Казаваном, старшим офицером разбойничьего судна, помощником самого "дьявола". Наконец, "Королева Виктория", окрашенная в красивый темно-зеленый цвет, несущая английский флаг и находящаяся под командой сэра Генри Кентлея. Все эти "капитаны на случай" были, в сущности, подставными лицами Флаксхана, и сам экипаж, всегда находящийся в строжайшем повиновении у настоящего командира, попеременно преображался то во французов, то в англичан или американцев, будучи одинаково хорошо знаком как с французским, так и с английским языками и корабельными уставами и командами.
По всему этому вы сами можете судить, какие громадные выгоды могут извлекать люди без предрассудков из такого исключительного и, быть может, единственного в записях флота положения.
Разбойничий корабль -- бандит, но бандит высокого класса, так сказать, привилегированный бандит высшего общества, в котором он чувствует себя равным членом. Он не может вечно скитаться по морям, как легендарный "Летучий голландец". Нет, он возит негров, хлопок, какао и пряности и является как бы честным купцом, путешествующим по морям по своим делам. Четыре различных национальности этого морского бандита позволяют ему заходить во многие порты, возобновлять запасы топлива и продуктов, выгружать свои товары и принимать новые грузы тотчас же после того, как он пустил ко дну в открытом море какое-нибудь судно, страховая премия которого неизбежно попадает в руки морских бандитов, то есть того таинственного консорциума, которому оно служит. Если его действия покажутся подозрительными какому-нибудь из крейсеров, то разбойничье судно смело поднимает флаг, отвечает на сигнал и ведет себя строго согласно морскому уставу. И это почти всегда удается. Если же его застигают врасплох или слишком близко подходят к нему, то оно убирает свои паруса и уходит из-под носа у недруга благодаря своей поистине фантастической машине.
Крейсер, конечно, гонится за ним, преследует, но наступает ночь, а когда светает, то крейсер видит перед собой вместо преследуемого им черного трехмачтового судна светло-серый незнакомый голет, идущий в направлении, диаметрально противоположном тому, куда бежало преследуемое судно.
Пьеса разыграна как по нотам. Холщовая оболочка, окрашенная в черный, серый или белый цвет, сдергивается ночью и убирается в трюм. Судно, носящее несколько надетых один на другой чехлов, скидывает один из них и становится другим судном. Мало того, оно совершенно преображается.
Когда готовится одна из страшных сцен крушения, мирный купец превращается в грозный разбойничий корабль и вид его становится ужасен. Он облачается, так сказать, в свои доспехи палача: паруса убираются; весь он облекается в черное и выкидывает свой черный пиратский флаг; бортовые люки подняты; на нем нет никаких огней, наверху ни души. Не только никого из людей экипажа не остается на палубе, но и у руля не остается никого: рулевой скрывается в батарее, где имеется второй штурвал и все необходимые приборы для управления судном, то есть для указания пути. Судно, все черное и безлюдное, несется, точно грозный призрак, на свою жертву. Неожиданно на нем открывается громадный черный люк, глубокий, как колодец, и из него, из самой глубины медленно поднимается металлическая платформа с тяжелым боевым орудием, которое устанавливается в надлежащем направлении почти автоматически.
Вокруг орудия нет прислуги. Но она недалеко; по свистку она, точно стая демонов, выскакивает из подполья, если только порох должен заговорить, в подкрепление и завершение дела тарана. Совершив свое страшное дело, разбойничий корабль под черным флагом уходит и скрывается.