Андре проявил на этот раз на деле ту необычайную ловкость и искусство в стрельбе, которое он показал накануне всех событий ради шутки и забавы.
Прицелившись в животное в момент прыжка, он, так сказать, выстрелил в него влет. Заряд попал немного пониже плеча, в самую грудь, и животное с диким ревом скатилось кубарем вниз, прямо под ноги слону.
Тот, конечно, не стал церемониться. В мгновение ока он обхватил оглушенное падением раненое животное своим хоботом и так сдавил его, что у того из раны фонтаном хлынула кровь. Несчастная горилла отчаянно взвыла и вцепилась зубами в ухо слона. Взбешенный слон на мгновение ослабил давление и, взмахнув хоботом, с неистовой силой швырнул гориллу о ствол гигантского дерева, о который та разбилась насмерть. Клочок уха Осанора так и остался у гориллы в зубах.
В следующий момент тело Фрике благополучно было опущено на землю.
-- Бедняжка, -- промолвил, вздыхая, доктор, -- наконец-то мы его нашли... Но надо еще привести его в чувство.
-- Но он жив? -- с беспокойством осведомился Андре.
Доктор, не отвечая, охотничьим ножом поспешно распорол рубашку на груди Фрике и припал к ней ухом.
-- Как он бледен... Вы ничего не говорите, доктор?! Да успокойте же меня хоть одним словом; вы знаете, как я люблю этого мальчика! -- взмолился Андре со слезами на глазах.
Доктор продолжал выслушивать и ощупывать Фрике.
Маленький негритенок, присев на корточки, аспидно-серый, с побелевшими губами, горько плакал, не спуская печальных глаз с доктора. Даже людоеды были тронуты его горем.