Так как человек является вершиной гастрономического наслаждения для людоедов, то горилла как дичь, наиболее близкая к нему, встречалась всегда с особым восторгом, тем более что в данное время у галамундов не было припасенного двурукого для их стола, и они были очень рады и четырехрукому.
Тела убитых слоном "лесных людей", то есть горилл, были тщательно освежеваны, разрублены на части и приготовлены для кухни. Все восемь рук, превосходно ошпаренные и обчищенные, были замаринованы в винном уксусе, приготовленном из пальмового вина.
Наилучшие куски предназначались для приглашенных, но для надлежащего изготовления этого отменного рагу, по местным кулинарным правилам, требовались еще другие весьма редкие припасы, добыть которые было нелегко.
Кроме обезьяньих рук к этому царскому блюду требуются еще мозги и язычки розовых фламинго для гарнира, с приправой из муравьиных яиц от крупных красных муравьев, мелко истолченных и придающих этому кушанью какой-то совершенно особенный вкус. Хорошо что красных муравьев в этой стране очень много, розовых фламинго тоже, но эти прелестные голенастые до такой степени пугливы, что изловить их почти нет никакой возможности.
Однако охотники намеревались все же это сделать.
Поэтому на другой день с рассветом снова отправились за добычей.
Некоторые, может быть, думали, что после происшедшего Фрике не в состоянии будет шевельнуть ни рукой, ни ногой. Но сильный, здоровый организм мальчугана при помощи своеобразного лечения местного эскулапа и пятнадцатичасового отдыха пришел в полную исправность, и ото всех вынесенных им накануне пертурбаций Фрике не испытывал никаких неудобств, кроме некоторой усталости в бедрах, как это бывает после усиленной верховой езды. Добродушный доктор, не знающий никакой профессиональной зависти, ничего не имел против того, чтобы его чернокожий собрат показал свое искусство, и последний, раздев мальчугана догола, в течение трех часов подвергал его методическому массажу, прерываемому сильными втираниями пальмового масла.
Сначала Фрике взвыл, как собака, с которой сдирают шкуру, но мало-помалу его мускулы расслабились и стали эластичными, и массажист был чрезвычайно доволен результатом своих стараний.
-- Вот ловкач! -- смеясь, воскликнул Фрике, когда лечение было закончено. -- Правда, ты был немного нежнее моей вчерашней обезьяны, но, видно, рука у тебя все-таки помягче. Знаете, патрон, если можно, дайте-ка ему горсточку соли за его труды!
Ибрагим, который ни в чем не отказывал маленькому парижанину, приказал тотчас же выдать чернокожему лекарю порцию этого излюбленного лакомства, которое он тут же уничтожил с радостными подпрыгиваниями и жестами, весьма мало соответствующими его достоинству врача.