ТОМЪ ПЕРВЫЙ
СТИХОТВОРЕНІЯ ОРИГИНАЛЬНЫЯ И ПЕРЕВОДНЫЯ.
ИЗДАНІЕ Т-ва А. Ф. МАРКСЪ
С.-Петербургъ.
Предисловіе.
Основой настоящаго собранія произведеній Михаила Ларіоновича Михайлова послужило все то, что вошло въ изданіе, выпущенное въ нѣсколькихъ томахъ, подъ редакціей H. В. Гербеля, книгопродавцемъ Звонаревымъ, арестованное до выхода въ свѣтъ и затѣмъ уничтоженное. Въ него вошли произведенія Михайлова, стихотворныя и прозаическія, уже бывшія въ печати. Нынѣ выходящее новое изданіе сочиненій Михайлова увеличено въ объемѣ включеніемъ въ него произведеній, разысканныхъ нами въ журналахъ и газетахъ и печатавшихся какъ при жизни писателя, такъ и посмертныхъ, не вошедшихъ въ изданіе Звонарева. "Стихи мои,-- говоритъ Михайловъ въ одномъ изъ своихъ писемъ къ друзьямъ:-- едва ли не лучшее изо всего, что мною написано". Въ виду этого на пополненіе его стихотвореній въ настоящемъ изданіи обращено особенное вниманіе, при чемъ значительно увеличено число его переводовъ, на которыхъ преимущественно зиждется его извѣстность, его слава, какъ нашего перваго и во многихъ отношеніяхъ единственнаго поэта-переводчика, давно оцѣненнаго критикой. Всѣ эти переводныя стихотворенія Михайлова расположены почти въ томъ порядкѣ, въ какомъ распредѣлилъ ихъ самъ Михайловъ въ одномъ изъ своихъ писемъ къ друзьямъ, но при этомъ его юношескія оригинальныя стихотворенія выдѣлены въ приложеніе, какъ имѣющія интересъ матеріала для исторіи творчества писателя. Первообразы переводныхъ стихотвореній, подвергшихся впослѣдствіи коренной переработкѣ автора, не вошли въ нынѣшнее изданіе. Беллетристическія произведенія. Михайлова, за небольшими исключеніями представляющія яркую и многостороннюю картину провинціальной жизни прошлаго столѣтія, захолустнаго быта, также значительно нами пополнены. Краткій біографическій очеркъ, приложенный къ изданію, составленъ по новымъ, частью неизданнымъ источникамъ и въ полномъ видѣ появляется въ печати впервые. Какъ необходимое къ нему дополненіе, мы нашли нужнымъ помѣстить въ наше изданіе "Дневникъ" М. Л. Михайлова, веденный имъ въ тюрьмѣ и частью въ ссылкѣ. Что касается статей Михайлова, которыхъ, какъ видно изъ приложеннаго къ первому тому библіографическаго указателя, было очень много, то въ настоящее время онѣ потеряли интересъ и потому не включены въ настоящее изданіе. Онѣ явились бы однимъ только излишнимъ балластомъ.
П. Б.
М. Л. Михайловъ.
Критико-біографическій очеркъ П. В. Быкова.
Едва ли возможно назвать еще другого русскаго писателя, который былъ бы такъ скоро забытъ, какъ Михаилъ Ларіоновичъ Михайловъ, "чей жизни цвѣтъ увялъ такъ рано подъ знойнымъ вихремъ злой судьбы", пресѣкшимъ скорбное бытіе талантливаго писателя тогда, когда ему не было еще и сорока лѣтъ. Михайловъ не промелькнулъ въ литературѣ подобно красивому, сверкающему сильнымъ фосфорическимъ свѣтомъ метеору, послѣ котораго ничего не остается на лазурномъ небосводѣ. Онъ горѣлъ на немъ яркой звѣздой. И если темныя силы потушили ее, она все-таки оставила послѣ себя замѣтный слѣдъ. Въ пятидесятыхъ-шестидесятыхъ годахъ Михайлова знали отлично и въ литературныхъ кружкахъ и среди читающей публики, какъ даровитаго беллетриста, крупнаго поэта-переводчика и чуткаго публициста, впервые поднявшаго въ русской литературѣ женскій вопросъ. Особенно прославился онъ переводами изъ Гейне, его любимаго поэта, "Книгу пѣсенъ" котораго онъ первый перевелъ почти всю цѣликомъ. Огромный знатокъ иностранной литературы, страстный любитель ея, Михайловъ также впервые познакомилъ русское общество съ "Пѣснью о рубашкѣ" Томаса Гуда, съ "Пѣснями о невольничествѣ" Лонгфелло, съ произведеніями Бёрнса, Теннисона, Марло, Морица Гартмана. Боденштедта, съ восточными поэтами. Переводы его въ большинствѣ случаевъ необыкновенно точны, блестящи, и многіе изъ нихъ, каковы, напримѣръ, "Сонъ негра" Лонгфелло, "Скованный Прометей" Эсхила, "У смертнаго одра" Гуда, "Бѣлое покрывало" Гартмана, "Брось свои иносказанья" Гейне, "Отъ слезъ и крови мутны и черны" Красинскаго,-- являются образцовыми и пріобрѣли самую широкую популярность.