Видя радость Педро, она позабыла на время о своемъ горѣ. Мелкое счастьице слабыхъ натуръ по большей части всегда вызываетъ въ натурахъ, болѣе сильныхъ, нѣжное состраданіе и участіе; такъ случилось и тутъ: съ этого дня она начала чувствовать къ нему привязанность.
Съ этого же дня у Петры завелся новый секретъ отъ матери; понемногу она и безъ того перестала говорить съ нею о чемъ бы то ни было.
Гунландъ не обращалась къ ней ни съ какимъ вопросомъ; она имѣла къ близкимъ безграничное довѣріе до той минуты, пока убѣждалась, что они не заслуживаютъ его болѣе, и тогда впадала въ крайность.
Съ этого также времени Петра стала имѣть тайны и отъ Одегарда, потому что она получала много подарковъ отъ Педро Ользена.
Одегардъ также не распрашивалъ ее; съ каждымъ днемъ онъ давалъ ей уроки все холоднѣе и сдержаннѣе.
И такъ жизнь Петры дѣлилась между тремя личностями; ни съ одной изъ нихъ она не могла говорить объ остальныхъ двухъ, и отъ каждой у нея были тайны.
Между тѣмъ время проходило, и незамѣтно изъ ребенка она стала дѣвушкой; Одегардъ объявилъ ей наконецъ, что пришло время для конфирмаціи.
Это сильно ее взволновало; она знала, что съ той поры, какъ она будетъ конфирмована, уроки ея прекратятся -- и что будетъ тогда съ нею?
Мать ея надстраивала для нея мезонинъ, такъ какъ послѣ конфирмаціи Петра должна была имѣть свою собственную комнату; постоянный стукъ молотковъ и прибиваніе гвоздей невольно раздражали ее, наводя постоянно на тревожныя мысли.
Одегардъ замѣтилъ, что она становилась все болѣе и болѣе молчаливой; порой онъ видѣлъ ее заплаканной.