Когда карета подъехала к воротам парка, Седрик высунулся из окна, чтобы рассмотреть каменных львов у входа. Ворота отперла женщина, которая вышла из увитой плющом сторожки при въезде в парк. За ней выскочили двое детей, они во все глаза смотрели на маленького лорда, а он на них. Привратница с улыбкой присела и сделала знак своим мальчикам, которые тоже поклонились.
-- Разве она меня знает? -- спросил маленький лорд Фаунтлерой и снял свою бархатную шапочку, отвечая улыбкой на приветствие. -- Здравствуйтн! Добрый день! -- сказал он.
Женщина еще шире улыбнулась
-- Да хранит вас Бог, милорд! -- произнесла она. -- Желаю вам счастья! Добро пожаловать!
Маленький лорд замахал шапочкой, поклонился еще раз, и карета поехала дальше.
-- Мне эта женщина нравится, -- заметил он. -- Она, должно быть, очень любит своих мальчиков. Мне хотелось бы приходить сюда играть с ними. Она в состоянии принимать гостей?
Мистер Хэвишем знал, что ему едва ли позволят играть с детьми привратницы, но смолчал.
Карета катилась по аллее, и ветви деревьев смыкались над ней, образуя широкую арку. Седрик никогда не видал таких величественных деревьев. Он еще не знал, что замок Доринкорт -- один из великолепнейших в Англии, а его парк не имел себе равных по красоте и размерам. Ему просто нравились эти большие, широко простирающие ветки деревья, где местами сквозь густую листву просвечивали последние лучи солнца, и эти поляны, поросшие высокими папоротниками и множеством голубых колокольчиков, колышущихся при легком ветерке. Он смеялся от радости, увидев, как кролик подскочил в траве и унесся прочь, мелькая коротким белым хвостом. Вдруг из-за кустов вспорхнула стая куропаток, и Седрик захлопал в ладоши.
-- Как красиво! -- сказал он Хэвишему. -- Я никогда не видел такого великолепного парка. Он даже лучше центрального парка в Нью-Йорке.
Седрика удивило, что они так долго едут.