-- Я могу ходить совсем неслышно, -- сказал Рам Дасс, -- да к тому же дети спят крепко, даже несчастные. Я могу войти в эту комнату ночью несколько раз так тихо, что она не пошевельнется. Если кто-нибудь будет передавать мне вещи в окно, я берусь устроить все. Когда она проснется, то подумает, что тут был волшебник.
Он улыбнулся; улыбнулся и секретарь.
-- Это будет похоже на сказку из "Тысячи и одной ночи", -- сказал он. -- Только уроженец Востока мог придумать это. В лондонском тумане такая мысль не придет в голову.
Рам Дасс и секретарь оставались в комнате Сары недолго, что было очень приятно Мельхиседеку. Он, конечно, не понимал их разговора, а их движения и шепот, казалось ему, предвещали что-то дурное. Секретарь внимательно осмотрел все: камин, сломанную табуретку, старый стол, пол и стены. Увидав несколько вбитых в стену гвоздей, он с довольным видом обернулся к Рам Дассу.
-- На них можно что-нибудь навесить, -- заметил он.
Рам Дасс таинственно улыбнулся.
-- Вчера, когда она уходила, -- сказал он, -- я принес сюда маленьких острых гвоздиков, которые входят в стену без помощи молотка. Я воткнул их везде, где нужно. Они уже готовы.
Секретарь оглянулся кругом и спрятал книжку в карман.
-- Ну, я, кажется, записал все, -- сказал он. -- Мы можем уходить. У саиба Кэррисфарда очень доброе сердце. Как жаль, что он не может найти пропавшую девочку!
-- Если он найдет ее, то будет снова здоров, -- сказал Рам Дасс. -- Может быть, его Бог еще поможет ему найти ее.