-- А что вы хотели бы для него сделать? -- спросил старый юрист, потирая, по обыкновению, подбородок и как- то странно улыбаясь.
-- Я бы выкупил Джека, -- ответил лорд Фаунтлерой тоном делового человека.
-- А кто такой Джек? -- спросил мистер Хевишэм.
-- Это компаньон Дика. Не может быть худшего компаньона, говорит Дик. Он вредит делу и нечестный человек. Он обманщик, и это сводит Дика с ума. Вам было бы тоже неприятно, если бы вы изо всей силы старались хорошо чистить сапоги и были бы честными, а ваш компаньон все время вел бы себя нечестно. Все любят Дика и терпеть не могут Джека, а потому многие не приходят во второй раз. Вот почему, если б я был богат, я выкупил бы долю Джека и дал бы Дику возможность купить знак для промысла. Он говорит, что со знаком дела должны идти хорошо. Я купил бы ему новый костюм и новые щетки, чтобы у него все было в порядке. Он говорит, что его единственное желание, чтобы все было в порядке.
Маленький лорд рассказывал все это в высшей степени доверчиво и искренне, употребляя уличные выражения своего приятеля Дика. По-видимому, у него не было и тени сомнения, что его старый собеседник может относиться к Дику с меньшим интересом, чем он сам. Действительно, мистер Хевишэм очень заинтересовался, но, пожалуй, не столько Диком или продавщицей яблок, сколько самим маленьким лордом, кудрявая головка которого была так занята всевозможными планами о благополучии друзей своего обладателя и, по-видимому, совсем забыла о нем самом.
-- Нет ли чего-нибудь.. -- начал он. -- Что бы вы хотели для самого себя, если б были богаты?
-- О, мало ли чего! -- живо ответил Цедрик. -- Но прежде всего я дал бы немного денег Мэри для Бриджет -- это ее сестра, у которой муж без работы и десять человек детей. Она всегда плачет, когда приходит к нам, и мама постоянно дает ей всякую провизию. Потом она начинает снова плакать и при этом всегда восклицает: "Да благословит вас Господь, моя красавица!" И я думаю, мистеру Гоббсу будет приятно получить золотые часы с цепочкой и янтарную трубку в память обо мне. И затем я хотел только устроить собрание...
-- Какое собрание? -- воскликнул мистер Хевишэм.
-- Нечто вроде республиканского митинга, -- стал объяснять Цедрик со все возрастающим возбуждением. -- У нас были бы факелы и мундиры для всех мальчиков, и для меня тоже. Мы стали бы маршировать, понимаете, и ходить по улицам... Вот что я хотел бы для себя, если бы был богат.
Дверь отворилась, и в комнату вошла миссис Эрроль.