-- Но не слишком ли он велик для двоих?
-- Да, он достаточно велик для двоих. Разве ты находишь, что он слишком велик?
Маленький лорд с минуту колебался.
-- Нет, -- сказал он наконец, -- но я только подумал, что если бы здесь жили два человека, которые не были бы друзьями, то иной раз они чувствовали бы себя одинокими.
-- А как ты думаешь, стану я твоим другом?
-- Да, я думаю, что станете. Мы с мистером Гоббсом были большими друзьями. Я его любил больше всех, за исключением Милочки.
Брови старого графа сдвинулись.
-- Кто это Милочка?
-- Это моя мама, -- ответил лорд Фаунтлерой тихим, совсем тихим голосом.
Возможно, что он устал, ибо приблизилось время, когда он обыкновенно ложился спать; возможно, что его утомили волнения последних дней, возможно также, что усталость и мысль о том, что сегодня он будет спать не у себя дома, вдали от любящих глаз своего "лучшего друга", заставили его смутно почувствовать свое одиночество. Он и его молодая мать всегда были "лучшими друзьями". Он не мог не думать о ней, и чем больше он о ней думал, тем меньше хотелось ему разговаривать.