В Мери вдруг проснулся дух противоречия. Она крепко сжала губы.
-- Если бы им хотелось, чтобы я умерла, -- сказала она, -- я бы этого не сделала... Кому это хочется, чтоб ты умер?
-- Слугам... и, конечно, доктору Крэвену, потому что он тогда получил бы Миссельтуэйт и был бы богат, а не беден. Он не смеет сказать этого, но у него всегда довольный вид, когда мне хуже... А когда у меня был тиф, он потолстел... И я думаю, что даже моему отцу этого хочется...
-- А я этого не думаю, -- упрямо сказала Мери.
Колин обернулся и снова посмотрел на нее.
-- Ты не думаешь? -- сказал он.
Он откинулся на подушки и притих, точно думая о чем- то. Наступило продолжительное молчание. Быть может, оба они думали о таких странных вещах, о которых обыкновенно дети не думают.
-- Мне очень нравится важный доктор из Лондона, потому что он приказал снять с тебя эту железную штуку, -- сказала, наконец, Мери. -- Он тоже сказал, что ты скоро умрешь?
-- Нет.
-- Что же он сказал?