Он откинулся на подушки и задумался.
-- Есть такой мальчик, -- сказал он медленно, точно обдумывая каждое слово, -- есть один мальчик, которому я, пожалуй, позволил бы. Это мальчик, который знает, где живут лисицы, -- Дикон.
-- Я уверена, что ты позволил бы ему, -- сказала Мери.
-- Птицы позволяют ему глядеть на них... и другие звери, -- сказал он, все еще обдумывая что-то, -- поэтому, может быть, и мне следует позволить. Он ведь как будто чародей, а я... мальчик-зверь.
Он рассмеялся, и она тоже -- такой смешной им показалась мысль о мальчике-звере, который прячется в своей норе.
После этого Мери уже была уверена, что ей не надо бояться за Дикона.
В первое ясное утро Мери проснулась очень рано. Косые лучи солнца пробирались сквозь ставни, и Мери соскочила с постели и подбежала к окну. Когда она подняла штору и открыла окно, ее обдало свежим благоухающим воздухом. Степь была голубая; там и сям раздавались нежные мелодичные звуки, как будто множество птиц готовилось к концерту. Мери высунула руку из окна и подставила ее солнцу.
-- Как тепло... тепло! -- сказала она. -- Должно быть, еще очень рано. Никто еще не встал. Даже мальчиков на конюшне еще не слышно...
Внезапно пришедшая ей в голову мысль заставила ее вскочить.
-- Я не могу ждать... Пойду посмотрю сад.