-- Я однажды начала письмо къ вамъ. Это былъ въ первый грустный, мрачный день моей жизни. Я тогда неожиданно вспомнила о васъ и почувствовала желаніе поговорить съ вами.
-- Но вы не кончили письма.
-- Нѣтъ. Я написала нѣсколько строкъ и подумала, что вы, вѣроятно, меня забыли. И бросила письмо въ шкатулку, гдѣ надняхъ его нашла.
-- Оно у васъ?
-- Да. Не правда ли, странно, что оно сохранилось до сихъ поръ. Въ немъ нѣсколько строкъ, но все-таки оно доказываетъ, что я не забыла васъ.
-- Дайте мнѣ его.
-- Къ чему вамъ! Это просто лоскутокъ пожелтѣвшей бумаги.
-- Оно принадлежитъ мнѣ, и я имѣю на него право.
Она молча встала и пошла въ комнаты, ведя за руку Мегги. Треденнисъ не спускалъ съ нея глазъ, пока она не исчезла въ дверяхъ. Тогда онъ бросился на траву и болѣзненно застоналъ:
-- Боже мой! Боже мой!