-- Онъ, кажется, очень озабоченъ, замѣтилъ одинъ изъ нихъ, смотря вслѣдъ Амори.
Дѣйствительно Ричардъ былъ встревоженъ, но, однажды переступивъ порогъ Капитолія, онъ принялъ на себя, хотя и съ большимъ усиліемъ, свой обычный веселый, беззаботный видъ. Твердыми шагами пошелъ онъ по длиннымъ корридорамъ и мраморнымъ лѣстницамъ, здороваясь съ лицами, которыхъ встрѣчалъ по дорогѣ. Онъ нашелъ сенатора Блонделя въ комитетской комнатѣ, за письменнымъ столомъ, заваленнымъ бумагами. Это былъ человѣкъ небольшого роста, толстый, съ круглымъ лицомъ, короткими сѣдоватыми волосами и маленькими умными глазами. Его рѣчи въ палатѣ всегда обращали на себя вниманіе, и когда онъ вставалъ съ своего мѣста, всѣ слушали его съ сочувственнымъ смѣхомъ, потому что онъ отличался замѣчательнымъ юморомъ, хотя и нѣсколько грубымъ. Ричардъ, однако, не раздѣлялъ общаго мнѣнія, ставившаго очень высоко Блонделя, и находилъ страннымъ, что отъ этого простого, дубоватаго человѣка зависѣла судьба его билля. Какъ бы то ни было, приходилось брать быка за рога, и Ричардъ приступилъ къ дѣлу съ своей обычной ловкостью.
-- Мнѣ нечего разсказывать вамъ наше дѣло, началъ Ричардъ:-- я не хочу утруждать васъ повтореніемъ того, что уже такъ ясно объяснилъ вамъ сенаторъ Пленфильдъ.
Блондель устремилъ на говорившаго проницательный взглядъ своихъ маленькихъ умныхъ глазъ, въ которыхъ ничего нельзя было прочесть, и кивнулъ головой.
-- Да, отвѣчалъ онъ:-- я видѣлъ Пленфильда, и онъ говорилъ мнѣ очень много объ этомъ дѣлѣ.
-- И вы, конечно, обдумали его? спросилъ Ричардъ.
-- Да, вмѣстѣ съ другими дѣлами.
-- И я надѣюсь пришли къ благопріятному заключенію.
Блондель протянулъ ноги и сунулъ руки въ карманы.
-- Т. е. какъ къ благопріятному? спросилъ онъ.