-- Какъ только Агнеса вернулась въ Вашингтонъ, сказала она, послѣ продолжительнаго молчанія:-- я подумала, что хорошо было бы ихъ поженить, и, представляя ей въ первый разъ Филиппа, съ любопытствомъ наблюдала, какое она произведетъ на него впечатлѣніе.
-- Она произвела на него сильное впечатлѣніе, замѣтилъ профессоръ:-- я помню, онъ говорилъ мнѣ объ ея красотѣ и прочихъ качествахъ, способныхъ пробудить въ сердцѣ человѣка самыя благородныя чувства.
-- Это на него похоже, отвѣчала Берта съ улыбкой: -- и онъ часто говорилъ съ вами объ ней такимъ тономъ, которымъ онъ никогда не говоритъ о женщинахъ?
-- Да. Конечно, я и самъ люблю говорить о ней. Я также, какъ и ты, отъ души желаю этого брака.
-- И желая этого, мы не думали о бѣдномъ Лоренсѣ? Впрочемъ, можетъ быть, онъ и уѣдетъ, найдя, что это лучшая развязка. Но мнѣ ужь пора, я немного устала.
"Нѣтъ, подумалъ профессоръ, смотря на нее: -- она еще не пережила своего чувства къ Арбутноту и ей очень тяжело. Это совершенно естественно".
Онъ всталъ, чтобъ ее проводить. Она положила ему обѣ руки на плечи и горячо поцѣловала его.
-- Я очень рада, что меня не пригласили на балъ, сказала она:-- мнѣ было гораздо лучше у васъ.
Она жила только въ нѣсколькихъ шагахъ отъ отца, и потому черезъ минуту уже входила въ свою гостинную, гдѣ Ричардъ съ кѣмъ-то говорилъ очень громко. Это былъ Треденнисъ. Онъ стоялъ въ противоположномъ концѣ комнаты, а Ричардъ лежалъ на кушеткѣ, смущенный, взволнованный. При входѣ къ комнату Берты, они оба смолкли и наступило неловкое молчаніе.
-- У васъ, кажется, ссора? воскликнула она съ принужденной улыбкой:-- кто кого обижаетъ? И отчего вы, полковникъ Треденнисъ, не на балу?