Онъ высказывалъ эту наивную теорію такъ просто и безъ всякихъ прикрасъ, что слова его могли бы вызвать улыбку, еслибъ въ нихъ не звучала пламенная искренность. Берта поняла, что онъ говорилъ серьёзно и, взглянувъ на него, была поражена тѣмъ глубокимъ чувствомъ, которымъ свѣтились его маленькіе, живые глаза.
-- Вы удивляетесь, о чемъ я думаю? произнесъ онъ:-- я думаю о васъ. Я часто думалъ о васъ въ послѣднее время, а сегодня вечеромъ имѣю особую причину думать о васъ.
-- Отчего? спросила Берта съ еще большимъ изумленіемъ.
-- Я вашъ искренній другъ, отвѣчалъ онъ. и лицо его ясно выражало сильное волненіе:-- вы это знаете. Я считаю васъ за хорошую... прекрасную женщину, и питаю къ вамъ полнѣйшее довѣріе.
-- Я надѣюсь, промолвила Берта.
Она чувствовала, что чѣмъ болѣе его лицо покрывалось румянцемъ, тѣмъ болѣе она блѣднѣла; она думала о письмѣ, лежавшемъ на каминѣ, въ двухъ шагахъ отъ него, и горько сожалѣла, что оно находится такъ близко. Очевидно, онъ слышалъ неблагопріятные толки о ней, и ей слѣдовало защитить себя отъ обвиненія, хотя она не знала, отъ какого именно.
-- Я надѣюсь, повторила она дрожащимъ голосомъ и бросила за него жалобный, безпомощный взглядъ, который былъ краснорѣчивѣе всякой защиты.
Онъ былъ такъ тронутъ этимъ взглядомъ, что не могъ усидѣть на мѣстѣ и, вскочивъ, произнесъ съ жаромъ:
-- Нѣтъ, чортъ возми, что бы ни говорили, что бы ни случилось -- моя вѣра въ васъ не поколеблется. Не смотрите такъ на меня; вы хорошая женщина, но вы не на своемъ мѣстѣ. Вокругъ васъ лгутъ и интригуютъ, а вы слишкомъ прелестны и блестящи, чтобъ о васъ судили справедливо. Вы не знаете, во что васъ вмѣшали? И откуда вамъ знать? Кто вамъ скажетъ? Свѣтскіе франты, ухаживающіе за вами? Нѣтъ, они не умѣютъ говорить правды. Я никогда не говорилъ вамъ комплиментовъ и не ухаживалъ за вами. Я скажу вамъ эту правду. Я на это не гожусь, но скажу вамъ правду и дамъ добрый совѣтъ. О васъ начинаютъ говорить нехорошо, на васъ лгутъ и клевещутъ. Я слышалъ эти толки, я имъ не вѣрю, но другіе могутъ повѣрить. Вы принимаете у себя на дому многихъ мужчинъ и женщинъ, которые могутъ сдѣлать вамъ большой вредъ. Это шайка политическихъ интригановъ и аферистовъ. У васъ съ ними нѣтъ ничего общаго; для васъ необходимъ кружокъ честныхъ друзей, честный, незапятнанный домашній очагъ и честное имя, которое вы могли бы съ гордостью передать вашимъ дѣтямъ. Прогоните эту свору; ей нечего дѣлать въ вашей гостинной.
Берта встала, держа попрежнему въ рукахъ свою работу, о которой она совершенно забыла.