-- Ну, мы похоронили эту исторію!
-- Да, отвѣчала Берта:-- ея болѣе не будутъ повторять. Вы меня спасли.
Она взглянула въ окно. Экипажи запрудили улицу; полисмэны выкликали имена выходящихъ гостей; одна молодая дѣвушка, окруженная кавалерами, громко и весело смѣялась. Берта отвернулась и посмотрѣла на Блонделя. Въ лицѣ ея не было ни кровинки.
-- Я думаю, что это мой послѣдній балъ, промолвила она.
-- Нѣтъ, отвѣчалъ онъ:-- пустяки; вы еще будете танцовать на многихъ балахъ.
-- Увѣряю васъ, послѣдній, повторила Берта.
Блондель не вошелъ съ ней на лѣстницу, а простился на улицѣ.
-- Вы устали, сказалъ онъ, крѣпко пожимая ей руку:-- и не удивительно; но завтра вы совсѣмъ понравитесь. Вамъ надо уснуть; ложитесь прямо въ постель. До свиданія. Христосъ съ вами.
Она медленно прошла черезъ сѣни, намѣреваясь прямо идти въ свою комнату, по у дверей въ гостинную остановилась. Она не велѣла прислугѣ дожидаться ея возвращенія, и потому во всемъ домѣ царствовала темнота. Только въ гостинной былъ свѣтъ; въ каминѣ горѣлъ огонь, а передъ нимъ въ креслѣ сидѣлъ худощавый старикъ съ поникшей на обѣ руки сѣдой головой.
-- Папа! воскликнула она, вбѣгая въ комнату: -- вы ли это? Что случилось?