-- Въ среду. Но черезъ часъ идетъ поѣздъ, и я долженъ...
Онъ не окончилъ фразы и молча протянулъ руку. Она машинально положила въ его руку свои тонкіе, холодные пальцы.
-- Прощайте, сказала она.
Никто не упомянулъ о мистрисъ Меріамъ. Арбутнотъ зналъ, что она не вернется.
Онъ выпустилъ изъ своей руки руку Агнесы и молча вышелъ изъ комнаты.
Все было кончено. Медленными шагами направился онъ въ шинельную. Тамъ никого не было; вся прислуга разбѣжалась и только на стулѣ висѣло одно пальто. Онъ надѣлъ его и хотѣлъ уйти. Но вдругъ остановился, сѣлъ на стулъ и закрылъ лицо руками. Прошла минута; на лицѣ его видны были слѣды тяжелой борьбы съ самимъ собой. Наконецъ, онъ всталъ, снялъ пальто и поспѣшно пошелъ въ гостинную. Услыхавъ его шаги, Агнеса встала съ кушетки и бросила на подушку платокъ, на которомъ были слѣды слезъ, блестѣвшихъ на ея глазахъ. Арбутнотъ это замѣтилъ, и сердце его радостно забилось.
-- Вы что нибудь забыли? спросила она.
-- Да, отвѣчалъ онъ:-- я забылъ -- васъ.
Она молча опустилась на кушетку.
-- Я не могъ уйти, продолжалъ онъ:-- я не могъ разстаться съ вами такъ холодно, такъ оффиціально. Я забылъ всякую гордость и пришелъ васъ попросить: будьте добрѣе ко мнѣ. Я едва не умеръ отъ вашей холодности. Это нестерпимо для че ловѣка, который васъ любитъ.