-- Однако подумай, Марселла. Я очень измѣнился и врядъ ли когда буду прежнимъ Роаномъ. Для тебя найдутся лучшіе женихи.
-- Но я тебя люблю, Роанъ,-- отвѣчала она просто и взглянула на него съ полнымъ довѣріемъ.
Въ тотъ же день они переговорили съ капраломъ, и онъ радостно благословилъ ихъ, а отецъ Роланъ, узнавъ объ этомъ, обѣщалъ выхлопотать разрѣшеніе епископа, безъ котораго нельзя было совершить брака между двоюроднымъ братомъ и сестрой.
Когда объ этомъ узнали въ селеніи, то многіе стали качать головой, а Мишель Гральонъ громко произнесъ:
-- Епископу не слѣдуетъ разрѣшать этой свадьбы: Роанъ сумасшедшій и очень опасный.
Но епископъ не представилъ никакихъ возраженій, и было рѣшено, что свадьба произойдетъ весной.
Въ одинъ изъ первыхъ дней марта 1815 года Роанъ вошелъ рано утромъ въ кухню капрала, гдѣ Марселла хлопотала по хозяйству. Она молча подбѣжала къ нему и протянула губы для поцѣлуя.
-- Весна пришла,-- сказалъ онъ, сіяя давно невиданной на его лицѣ счастливой улыбкой: -- посмотри, я принесъ тебѣ первую фіалку.
Такъ какъ появленіе фіалокъ дѣйствительно означало наступленіе весны, а весной должна была произойти ихъ свадьба, то Марселла невольно покраснѣла. Она взяла цвѣтокъ и спрятала его за пазуху, а Роанъ крѣпко обнялъ ее.
Въ эту минуту дверь съ шумомъ отворилась, и вошелъ въ хижину капралъ, махая газетой въ сильномъ волненіи.