Учитель грустно улыбнулся. Онъ зналъ культъ молодой дѣвушки къ императору и, не нападая на ея идола, сказалъ добродушнымъ мягкимъ тономъ:
-- Такъ говоритъ дядя Евенъ? Ну, чтожъ, онъ храбрый человѣкъ. А вы, моя маленькая Марселла, хотите знать, что такое война? Посмотрите.
Онъ указалъ рукой во внутрь страны, и молодая дѣвушка взглянула по направленію его руки.
Вдали надъ извивающимися по долинѣ зелеными изгородями возвышалось другое каменное распятіе, но столь пострадавшее отъ времени и людей, что лишь привычный взглядъ могъ опредѣлить, что это такое. Отъ него только сохранились одна рука и часть туловища, но голова и все остальное исчезло, а то, что осталось, почернѣло отъ дождя и было полускрыто растущимъ вокругъ терновникомъ.
-- Вотъ война,-- продолжалъ торжественнымъ тономъ учитель Арфоль:-- всѣ наши дороги усѣяны такими разрушенными мраморными изображеніями. Евангеліе любви исчезло съ лица земли. Весь свѣтъ -- громадное поле битвы, а Франція -- колоссальный костникъ. Да, вы правы, дитя мое, императоръ божество.
Марселла ничего не отвѣчала. Сердце ея было переполнено гнѣвомъ, но она не чувствовала себя въ состояніи опровергать его. "Онъ измѣнщикъ,-- думала она,-- и еслибъ императоръ его услышалъ, то приказалъ бы его казнить". Но тутъ она взглянула на его изможденное испитое лицо, на его большіе печальные глаза, и ея гнѣвъ тотчасъ перешелъ въ сожалѣніе. "Бѣдный,-- сказала она сама себѣ:-- онъ не виноватъ, отъ горя онъ поглупѣлъ, и одинокая жизнь довела его до безумія".
Въ это время они достигли селенія и медленно двигались по узенькой извилистой тропинкѣ, которая проходила у самыхъ стѣнъ старой церкви. Неожиданно Марселла пожала руку Роану и, бросивъ поспѣшный взглядъ на учителя, быстро исчезла.
-- Марселла теперь ушла,-- сказалъ, спустя нѣсколько минутъ, Роанъ:-- разскажите, что случилось? Что нибудь страшное?
Учитель поднялъ голову и тихо произнесъ:
-- Не торопитесь узнать дурныя вѣсти, онѣ всегда доходятъ слишкомъ скоро. Готовится гроза, вотъ и все.