-- Да, тебѣ остается подчиниться судьбѣ и просить прощенія у властей. Теперь солдаты нужны, и тебя охотно простятъ, но если ты этого не сдѣлаешь и тебя впослѣдствіи поймаютъ, то тебѣ не избѣжать смерти.
-- Я это знаю,-- отвѣчалъ Роанъ, презрительно махнувъ рукой,-- но въ крайнемъ случаѣ я могу умереть раньше и не даться имъ въ руки живымъ. А вы серьезно совѣтуете мнѣ отдаться въ руки властей?
-- Я не вижу другаго исхода.
-- Вы хотите, чтобъ я сдѣлался солдатомъ?
-- Не я хочу, а судьба, и Богъ тебя проститъ за это, такъ какъ ты пойдешь въ солдаты помимо своей воли. Одинъ въ полѣ не воинъ. Къ тому же даже на войнѣ ты можешь служить Богу и не отнимать жизни у Его созданій.
-- И больше вы мнѣ ничего не скажете?-- спросилъ Роанъ, опустивъ глаза на землю.
-- Ничего.
-- А развѣ я не могу бѣжать изъ Франціи и скрыться въ какой нибудь чужой странѣ?
-- Нѣтъ,-- отвѣчалъ учитель, качая головой:-- если ты пойдешь въ одну сторону, то передъ тобой будетъ Ваннъ, съ другой стороны находится Нантъ, а съ третьей -- Брестъ, и между этими тремя городами расположено множество селеній. На всѣхъ перекресткахъ, во всѣхъ кабачкахъ, зорко слѣдятъ за дезертирами.
-- А если бы я отправился въ Марлэ и сѣлъ тамъ на корабль?