Требованіе это было очевидно противно инструкціи, обидно для Риттера и совершенно произвольно въ отношеніи Фукса и Горлова, которые къ тому же не были еще штабъ-лѣкарями.
Вслѣдствіе сего баронъ Черкасовъ написалъ графу Румянцеву довольно рѣзкое письмо, въ которомъ, ссылаясь на инструкцію, говорилъ что о престарѣлости и неспособности Риттера медицинская коллегія никакихъ свѣдѣній не имѣетъ, а что самъ онъ въ іюлѣ мѣсяцѣ того же года видѣлъ его въ Ригѣ {Ср. слѣдующую главу настоящаго очерка.} не оказывавшимъ никакихъ знаковъ престарѣлости. О Фуксѣ и Горловѣ не безъ сарказма замѣчаетъ онъ: "Коллегіи неизвѣстно чтобъ они были штабъ-лѣкарями: они доселѣ въ спискѣ состоятъ лѣкарями, а потому къ опредѣленію на штабъ-лѣкарское мѣсто слѣдовать не могутъ; когда же будутъ въ штабъ-лѣкаря произведены, того не знаю." Въ заключеніе Черкасовъ приложилъ къ письму своему печатный экземпляръ инструкціи, сдѣлавъ противъ пункта 3го замѣтку.
Румянцевъ обидѣлся этимъ отказомъ, обидѣлся рѣзкостью письма и еще болѣе присылкой экземпляра инструкціи, вслѣдствіе чего отвѣчалъ слѣдующимъ письмомъ:
"Милостивый государь мой,
"Александръ Ивановичъ!
"Я много сожалѣю что первая моя съ медицинскою коллегіею переписка виною такихъ вамъ безпокойствъ, а мнѣ непріятностей. Подобныя затрудненія между людьми нашихъ состояній не суть пользою для службы, но къ вящшему неустроевію и замѣшательству ихъ: вотъ каковы плоды раздоровъ между правительствъ. Что я требовалъ доктора Паульсона и лѣкаря Данилевскаго, въ томъ я уполномоченъ былъ соизволеніемъ ея величества, и мнилъ, что требованіе мое и о штабъ-лѣкарѣ принято будетъ; но вижу теперь что я въ надеждѣ своей обманулся. Дозвольте и о присланной вами мнѣ печатной инструкціи упомянуть: она давно ужь обнародована и, слѣдственно, говоря объ ней, вы о извѣстномъ мнѣ говорили; а присылку я бы могъ за иное что почесть, ежели бы почтеніе мое къ вамъ не такъ было велико, каково оно есть.
"Я всегда пребуду,
"Милостивый государь мой,
"вашъ покорный слуга
"Г. Румянцевъ".